Морщинка испуга между бровями Кая углубилась.
— Что...
Двери открылись, и мощная волна шума заглушила остальные его слова. Его оцепенение превратилось в видимый ужас. На этот раз я не смогла сдержать смех.
Днем подвал был прославленным складским помещением. Но ночью? Это была самая жаркая и самая эксклюзивная вечеринка в Бруклине. Ни названия, ни рекламы, только хорошая музыка, дешевые напитки и разрушенные запреты.
Похожий на халка вышибала узнал меня с первого взгляда. Он был большим поклонником Феликса, и он запечатлел нам на руках символ входа, прежде чем помахать нам рукой с зубастой ухмылкой.
— Это что... рейв? — Я не могла отчетливо слышать Кая из-за музыки, но его потрясенное выражение лица сказало мне все, что мне нужно было знать о его чувствах к рейвам.
— Конечно, нет! — Крикнула я. — На рейвах больше наркотиков!
Еще один смешок вырвался из моего горла. Он выглядел так, словно проглотил лимон целиком.
— Давай же! — Я схватила его за запястье и потащила к бару.
Заведение не было таким модным, как Вальгалла, но напитки были крепкими, а цены дешевыми. Иногда это было все, что нам было нужно.
Нам потребовалось некоторое время, чтобы протолкнуться сквозь потную, мечущуюся толпу, но в конце концов мы добрались до другой стороны. Альков бара обеспечивал достаточное укрытие от музыки, чтобы люди могли слышать друг друга без криков. Я заказала два фирменных блюда и протянула одно Каю.
— Первый раунд за мной. — Я подняла свой пластиковый стаканчик.
Как я уже сказала, не модно, но я не пила из контейнера. — За выход из зоны комфорта.
Кай колебался, глядя на напиток так же, как ранее смотрел на дверь, как будто это могло убить его, если он подойдет слишком близко. На секунду мне показалось, что он собирается отказаться, но затем он покачал головой, пробормотал что-то подозрительно похожее на «к черту это» (если судить по моим навыкам чтения по губам) и постучал своей чашкой о мою.
— За выход из зоны комфорта.
Мы запрокинули головы и одновременно осушили бокалы. Жгучий привкус бурбона прожег мне путь в желудок. На вкус это было ужасно, но полученный кайф стоил того, чтобы временно умертвить мои вкусовые рецепторы.
— Иисус. — Кай поморщился. — Что они положили в это? Аккумуляторная кислота?
— Не спрашивай. Иногда неведение — это блаженство. — Я потащила его обратно на танцпол.
Он потер свободной рукой лицо.
— Однажды ты станешь причиной моей смерти.
