Зашипев, Лукас напомнил себе, что не должен ругаться на нее. — Ругательства помогают?
Лукас проигнорировал вопрос.
— Почему это так больно? — спросил он сквозь стиснутые зубы.
— Что? — девушка оглянулась, отвлекшись от процедуры на мгновение.
— Чувство боли, как в самый первый раз.
— Ты снова начал использовать свою руку, — Виктория вернулась к процедуре. — Напряжение сухожилий и мышц заставляет их сокращаться. Подумай вот о чем, если ты цикл не будешь тренироваться, а затем резко начнешь бегать, то в первое время твои мышцы будут болезненными и спазматичными.
— Ты знала, что это произойдет, — обвинил мужчина.
— Да, — она приблизилась к самому чувствительному месту.
— Проклятье, Виктория! — на этот раз он не мог сдержаться.
Девушке пришлось прикусить язык, чтобы не извиняться. Она не должна извиняться! Эти процедуры вернут Лукаса на службу, и он снова сможет летать! Через это нужно пройти, чтобы вернуть ему работоспособность! Тори почувствовала, как мужчина прижался лбом к ее спине в поисках утешения.
— Говори со мной, майор, говори со мной. Расскажи что-нибудь, чего я не знаю.
— Ты знаешь все на свете.
— Нет, конечно. Расскажи мне о своих людях. Они действительно лучшие на флоте?
— Чертовски верно, черт возьми, — в его голосе звучала легкоразличимая гордость.
— Как они стали такими? — и он начал рассказывать ей о своих людях. Поначалу Виктория волновалась, что позволила Лукасу работать мышцами слишком рано и слишком много, что сухожилия стянуться и напрягутся слишком сильно. Но они довольно быстро расслабились, позволяя ей, наконец, легко манипулировать ими.
Подняв его руку, девушка тщательно высушила ее, не увидев новых разрывов на коже. Обернув каждый палец, она перешла к другой руке. Голова Лукаса все еще покоилась на ее спине, но, повернувшись, Тори с ужасом увидела сжатые челюсти и дергающуюся под глазом мышцу.
— Черт возьми! Ты ничему не научился! Нет необходимости терпеть боль, — она схватила второй шприц и сделала ему укол.
— Я хотел посмотреть, сколько смогу вынести.
Посмотреть, буду ли я кричать, как Хоттдог.
— Что?
— Он кричал… по коммуникатору.
— О, Боже… — она прикрыла глаза.
— Мне нужно было знать.
— Тебе нужно было знать… — ее глаза пылали, когда Тори открыла их. — Чертовы мужики! Все люди разные. Каждый ожог отличается. Это зависит от того, где это, насколько глубоко, как быстро началось лечение, и, черт возьми, от воли самого человека! — девушка отодвинулась, чтобы отойти, но Лукас протянул руку, останавливая ее.
