Верховный адмирал просил сообщить, что пройдет не меньше часа, прежде чем он сможет доставить вас к «Хранителю», — Хэмлин еле сдерживал улыбку. — Поздравляю вас обоих.
— Спасибо, Хэмлин, — Лукас проводил его до двери и запер ее за ним. Он обернулся, ища глазами возлюбленную, и увидел ее в нескольких дюймах от себя.
— Боже, как я скучала по тебе! — прошептала она и бросилась в его объятия.
— Тише! — приказал Лукас. — У твоих губ есть дела поважнее!
Наклонившись, он захватил эти чувственные губы сокрушительным поцелуем и, не медля ни секунды, принялся ее раздевать, срывая вещи, и со стоном наслаждения подхватил ее за голую попку, когда она обхватила ногами его талию.
Обернувшись, он прижал ее к стене и потерся об нее, дав прочувствовать ей свое возросшее желание.
Виктория, застонав в ответ и теснее прижавшись к нему бедрами, сделала несколько встречных толчков, но тут же поняла, что жаждет близости его разгоряченного тела. Оторвавшись от любимого, она быстро расстегнула его брюки своими проворными нетерпеливыми пальчиками, избавляясь от раздражающей преграды.
— Давай, Лукас! Сейчас же! — потребовала она и задохнулась, когда он одним толчком полностью вошел в нее. Крепче ухватив ее бедра, он удержал ее под нужным углом, доставляя особое удовольствие и устанавливая безумный темп, периодически делая вращательное движение бедрами.
— Да! О Боже, да, Лукас! — Виктория неудержимо стонала и с таким же жаром отвечала на каждый его толчок, каждое вращение бедрами, стараясь усилить их ощущения.
Ее пальцы впились в его плечи, а голова откинулась назад, обнажая шею для поцелуев. Лукас провел своим горячим языком по ее хрупкой шейке, полизал за ушком и прикусил мочку, от чего Тори вздрогнула всем телом, и они оба застонали от блаженства, охватившего их. Мужчина знал, что долго не выдержит: все было слишком ярко. Большим пальцем он нашел ее бугорок, приводящий ее к чувственному наслаждению, и когда шелковистые стенки ее лона сжались вокруг его члена, он с силой толкнулся еще раз и присоединился к ней в своем освобождении.
Лукас зарылся лицом в ее шею, вдыхая ее легкий аромат и пытаясь отдышаться. Пальчики возлюбленной перебирали его волосы, лаская, когда она прижала его голову к себе. Он, медленно продвигаясь вверх, покрыл нежными поцелуями ее шею, провел губами вдоль подбородка и, наконец, добрался до ее губ.
— Я люблю тебя, Виктория, — прошептал он хрипло в ее губы, едва касаясь их. — Я был жив только наполовину без тебя.
