Во избежание расшифровки никто из нас при этом не присутствовал, наблюдение велось издали.
Обо всём произошедшем было немедленно доложено руководству, после чего последовал приказ снять наблюдение за объектом № 21«б».
Считаю, что, если бы руководство отдела своевременно отреагировало на мой рапорт, всего произошедшего на объекте (включая перестрелку и гибель людей) можно было избежать.
Старший сержант МГБДовалеев П.А.
Резолюция на рапорте«Что у вас там за бардак происходит?! Что это за шашни с беглыми зеками? Немедленно разобраться и доложить!»
Последствия не заставили себя ждать.
В город нагрянули проверяющие – пока всего двое. Зато оба полковника!
Как это всегда бывает в подобных случаях, по ушам прилетело сразу всем – и причастным, и непричастным.
Для начала врезали начальнику милиции – почему по улицам разгуливают беглые зеки? Да ещё с оружием!
Досталось и начальнику горуправления МГБ – отчего вы не реагируете на своевременные сообщения своих сотрудников? И как вообще могла возникнуть подобная ситуация?
Понятное дело, что всем сразу было в ультимативной форме предложено написать подробные рапорты, в которых указать… отчитаться… и так далее, в том же духе и тому подобное…
Но в этот раз Москва отреагировала неожиданно быстро (что, помимо прочего, свидетельствовало о том, что кое-какие глаза и уши у них тут имеются и помимо официальных).
Ответный кирпич прилетел буквально в тот же день и больно стукнул по чьим-то рукам. Да и по голове, чего уж греха таить… Оба полковника убрались восвояси в кратчайший срок, так и не получив ожидаемых рапортов.
Правда, выговор начальник милиции всё-таки получил. И нельзя сказать, что он его совсем уж не заслужил. Ежели по совокупности – так и на строгач вполне тянуло… А вот городской отдел МГБ вышел сухим из воды. Относительно сухим, разумеется, – кое-какое ворчание последовало и в их адрес. Что до сержанта-правдоискателя, то Довалеев отделался относительно легко – его перевели на службу в Мурманскую область."
"Неизвестно, что было сказано начальнику областного управления МГБ, но он внезапно утратил (официально, по крайней мере) всякий интерес к тому, что происходило в городе.
7
– Никита Большой? – почесал небритую щеку подполковник Фомин. – Что-то я про него слышал… Нет, точно не скажу!
– Жаль… – поджал губу Гальченко. – Нам бы очень не помешали сведения о том, что это за деятель такой? Кто за ним стоит?
– Увы… – развёл руками замначальника городского отдела МГБ.
