Иногда я хотела бы быть такой же напористой, как он, но, наверное, это означает, что я должна отказаться от своего недавно обретенного сердца, а мне оно вроде как нужно.
— Да, не надо выбрасывать сердце. Это дерьмо оставит тебя опустошённой. Кроме того, может, тот факт, что он богат, горяч как грех и успешен это все фасад, дабы скрыть его пустоту внутри.
— В Кингсли нет ничего полого, Кэлли. Он больше, чем мир, и его можно увидеть из космоса.
— Или, возможно, ему нравится, чтобы ты и весь мир так думали. — она приподнимает бровь.
— Я была замужем за боссом мафии около трех лет и каждый день дышала воздухом опасных мужчин, поэтому знаю, когда они обклеивают свою внешность ослепительным дерьмом, призванным ослепить любого, кто попытается присмотреться. Твой Кингсли занимает высокое место на шкале дерьма.
— Он не мой Кингсли.
— Ох, простите. Отец твоего ребёнка и человек, укравший твое четырнадцатилетнее сердце. Быть может, стоит добавить в этот список злодея твоей души?
Прежде чем я успеваю ударить ее и рискую быть покусанной ее собаками, раздается звонок в дверь.
Кэролайн бледнеет, и теперь моя очередь ухмыляться.
— Твой собственный злодей наконец-то здесь, так что можешь перестать одержимо пялиться на часы.
— Не открывай дверь, — говорит она, но я уже встаю. — Клянусь Богом, я отправлю Кингсли твои настоящие дневники тех времен, сучка.
— Шутка над тобой, ты уже сожгла их, сука, так что, если не хочешь провести отпуск в аду, этого не случится. И еще, у тебя тушь на щеке, может, стоит ее стереть?
Я улыбаюсь, пока она ругается и бежит в спальню, чтобы привести себя в приличный вид.
Она говорит, что ненавидит этого мужчину, но все равно хочет выглядеть перед ним наилучшим образом.
Я беру свитер из столовой и надеваю его, прежде чем открыть дверь. Кэролайн иногда бывает немного наивной, иначе она бы не подумала, что я смогу держать эту дверь закрытой, когда Матео находится прямо за ней. Не то чтобы он послушно оставался на месте.
Он может вести себя с ней терпеливо, но, если она откажется его увидеть, он выбьет ее, а мне как бы нужна моя дверь.
— Аспен, — приветствует он, как только я открываю дверь, выглядя гораздо лучше, чем в тот день, когда он чуть не порезал мне лицо.
— Матео. Входи, хотя не думаю, что тебе нужно приглашение.
— Вообще-то да.
— Ты, в конце концов, вампир?
— Нет, просто хорошо воспитанный итальянец в кругу друзей моей жены.
Он сужает глаза, и я сужаю свои в ответ, прежде чем сделать шаг в сторону.
