Свирепый, холодный, с легким оттенком опасности."
"Есть таинственный способ, которым его сильная челюсть, прямой нос и слегка прищуренные глаза гармонируют, будто они представляют собой эпическую симфонию, составленную искусным композитором. Каждая черта его лица подобна богу в своем совершенстве. У него крупное телосложение, мускулистый и высокий рост, что делает его похожим на модель в костюмах. Жаль, что владелец выбрал плод дьявола, разгро и трон в качестве своего убежища.
Он ведет нашу дочь, которую считает только своей, к алтарю, привлекая по пути всеобщее внимание.
Это важный день для Гвинет, но люди больше очарованы ее отцом, который не может просто оставаться в тени. Но опять же, он всегда притягивал всеобщие внимание, уши и все существование, как мощный магнит.
Он останавливается перед Нейтом, который был заворожен все то время, пока Гвен направлялась к нему. Кингсли целует ее в лоб, затем наклоняется вперед и что-то шепчет на ухо своему другу — скорее всего, угрозу, потому что не так давно он был против всего этого.
Затем они с Нейтом обмениваются фальшивыми улыбками, прежде чем он подходит к нему, играя роль шафера.
Я впиваюсь ногтями в ладони на протяжении всей церемонии, едва держась за реальность на волоске.
Если бы только я могла выпить или что-нибудь еще, чтобы успокоить свои нервы — очевидно, того, что имелось у меня в машине перед тем, как я вошла сюда, было недостаточно.
К тому времени, как Нейт целует Гвен, мое душевное состояние вот-вот разобьется о землю, как хрупкий фарфор.
Люди встают, аплодируют и поздравляют счастливую пару. Я пытаюсь присоединиться, но мои трясущиеся ноги меня подводят.
Я массирую их один, два раза, затем делаю глубокий вдох и встаю как раз тогда, когда они доходят до моего ряда.
Поскольку я сижу в дальнем углу, я не ожидаю, что Гвен меня увидит, но она видит. Моя дочь на секунду замолкает, и ее уникальные гетерохромные глаза, представляющие собой смесь моих карих радужек и серо-голубых радужек ее отца, наполняются слезами.
Мои губы дрожат, и требуется все мое самообладание, чтобы улыбнуться вместо того, чтобы броситься к ней и заключить в объятия.
Однажды. Только один раз.
Это все, о чем я молюсь, а я даже не из тех, кто молится.
На самом деле действовать по желанию было бы неловко и определенно привлекло бы нежелательное внимание.
Она одаривает меня легкой, скромной улыбкой, прежде чем Нейт уводит ее в зал, расположенный вокруг заднего бассейна.
