Обычные прохожие просто проходили мимо, совершенно не подозревая о ее существовании.
— Как думаешь, что если бы ты врезался на машине в эту дыру, куски здания отлетели бы в Сломанный? — спросила Одри.
— Даже не знаю. Они могут отскочить от границы обратно в Грань.
— Мы должны как-нибудь проверить эту версию."
"Кальдар украдкой взглянул на нее. Ее вчерашняя одежда была слишком запачкана кровью, чтобы с ней можно было что-то сделать, поэтому, угнав машину, они отправились в торговый центр. На нем были черные джинсы, черная футболка и кожаная куртка.
Он думал, что она выберет что-то похожее, но нет. Она вышла в светлых капри, которые очень интересно облегали ее задницу, и в легкой, сине-зеленой, каплевидной блузке. Блузка была завязана на шее двумя шнурками, а каплевидный вырез идеально расположился между грудей Одри, обещая прекрасный вид, но так и не давая его. Эта капелька мешала ему сосредоточиться.
Рыжие волосы Одри блестели на солнце. Ее макияж был едва заметен, если не считать помады, которая была чуть светлее малиновой и создавала у него нелепое впечатление, что ее губы будут сладкими на вкус.
На ее лице было легкое, беззаботное выражение, словно она каталась по жизни, как сыр в масле, совершенно невредимая и не тронутая никакими трагедиями. Учитывая, что они только что похоронили Гнома… ну, то, что от него осталось, и она выплакала все глаза, ее самообладание было впечатляющим.
— Любуешься моей блузкой? — спросила Одри.
— Это приятный оттенок морской пены хорошо сочетается с твоими волосами.
— Мешок из-под картошки. Ему нужно было надеть на нее мешок из-под картошки, тогда все будет в порядке.
— Большинство мужчин не знают, что морская пена — это цвет, не говоря уже о том, как он выглядит.
Кальдар пожал плечами.
— Для одного из моих заданий мне пришлось стать дворецким у аристократа голубой крови. «Зеркало» заставило меня пройти через два месяца интенсивной подготовки. Если ты покажешь мне платье, сделанное в Зачарованном за последние пять лет, я скажу тебе в каком году и в какое время года оно было создано.
Одри рассмеялась.
— Ты был очень хорошим дворецким?
Все эти слезы, вся боль, куда все это подевалось? Он должен был отдать ей должное: она хорошо себя держала. У нее была целая жизнь, чтобы научиться этому. Ему оставалось только молиться, чтобы это все не вырвалось из нее снова под давлением.
Он перешел на отрывистый, аристократический вариант адрианглийского.
— Я был достаточно компетентным дворецким.
