— Иногда я ходила в школу, но чаще нет. У меня не было друзей, я не могла делать ничего из того, что обычно делают двенадцатилетние девочки. Наверное, я все еще надеялась, что мой брат вернется к нам. Потом, когда мне было почти семнадцать, Алекс продал меня наркоторговцу. Ему нужны были какие-то рецепты, а денег у него не было, поэтому он сказал парню, что тот может делать со мной все, что захочет. Парень загнал меня в угол, когда я возвращалась в Грань. Я никогда не была так напугана за всю свою жизнь.
* * *ТАК вот оно что. Кальдар стиснул зубы. Как ты мог продать собственную сестру? Как ты мог продать Одри? Красавицу, солнышко Одри. Головой он понимал, но та часть его, которая была братом и дядей, закипала от этой мысли. Но тут ничего не попишешь.
В Трясине он уложил бы Алекса Каллахана, как бешеную собаку.
— Наркодилер забрал все, что у меня было, — продолжала она. — А потом он сказал мне, что я могу либо украсть для него больше наркотиков, либо он изнасилует меня и убьет. Так я и сделала.
Он отвез меня в дурной район, в наркопритон, принадлежащий банде. Я пробралась внутрь, украла наркотики и отдала их ему. Потом он избил меня. Первый удар сбил меня с ног, и он пинал меня некоторое время. Сломал два ребра. Мое лицо выглядело ужасно в течение нескольких месяцев. И все же я легко отделалась.
— Херня случается, — сказал Джордж.
Ругательство, исходившее от него, поразило ее. Одри прочистила горло.
— Я пришла домой и рассказала об этом родителям. Все мое лицо было черно-синим.
Я не смогла бы спрятать его, даже если бы захотела, да я и не хотела. Они ничего не сделали. В тот вечер я решила, что мне пора уходить. С этого момента я начала копить деньги. Мне пришлось очень тщательно прятать их, потому что Алекс очень хорошо умел находить любые деньги, которые у нас были. На самом деле я оставила несколько баксов спрятанными где-то на виду, чтобы он нашел их и не искал мою заначку. Вот. — Она сунула руку в карман и вытащила крестик. — Он принадлежал моей бабушке.
Она подарила его мне, когда я была маленькой. Я выкрала его у торговца наркотиками, когда решила уйти. Сборы заняли у меня почти два года, но в конце концов я сбежала.
— А как же ваша мать? — спросил Джордж.
Кальдар покачал головой. Джорджу требовалось больше опыта. С таким разговором, как этот, ты не должен настаивать. Одри могла бы взять себя в руки и перестать говорить вообще.
— Моя мама любит красивые вещи, — сказала Одри.
