Одри ухватилась за кресло, желая, чтобы виверна не упала с неба.
— Боишься летать? — спросил Кальдар.
— Нет, я боюсь упасть и разбиться насмерть.
— Если тебе от этого станет легче, я могу обнять тебя.
— В твоих снах…
Виверна нырнула вниз. Одри ахнула. Земля обрушилась на нее, как будто она была в кабине поезда, мчащегося на полной скорости.
Одри вонзила ногти в подушку сиденья.
Деревья подпрыгнули вверх. Кабина дернулась, и лапы виверны, скользя, врезались в землю. Огромная рептилия накренилась и остановилась.
Кальдар наклонился к ее уху.
— Теперь ты можешь дышать, сорока.
Сорока?
— Мне не нужно твое разрешение, большое спасибо.
— Всегда пожалуйста.
Агрх.
— Прекрасная посадка, — сказал Кальдар Гастону. — Пока все, что в твоих силах.
Гастон усмехнулся.
Если это прекрасная, то на что же похоже ужасная?
— Пошли, — позвал Кальдар. — Нам нужно разбить лагерь. Небо чистое, так что сегодня мы будем спать на улице. Одри может занять кабину.
— Все нормально, — сказала она ему. — Я справлюсь.
Я прекрасно могу спать на свежем воздухе.
Четыре пары глаз посмотрели на нее с явным мужским скептицизмом.
— Радуйтесь, что у вас есть кабина, — сказал Джордж.
— Вы единственная леди, — добавил Джек.
— Послушай их, — сказал Гастон.
— Тогда решено. — Кальдар указал на кабину. — Одеяла, подушки, спальные мешки. Как только мы закончим, Джек, ты найдешь нам что-нибудь поесть, а Джордж встанет на часах. Пойдем.
Пятнадцать минут спустя их спальные мешки лежали на земле рядом с виверной.
Одри всегда представляла себе драконов быстрыми и проворными. Но лежащая на траве виверна казалась едва живой, словно какой-то монолит, высеченный из голубого камня, с одеялом из зеленого мха на спине.
Кальдар достал из одного сундука бронзовую шкатулку длиной в фут и открыл ее. Внутри, на ложе из зеленого бархата, лежало большое механическое насекомое. Еще один гаджет. Люди из Зачарованного мира называли их автоматонами.
Кальдар открыл еще одну коробку, вытащил маленький принтер с торчащим из него шнуром и подключил к нему камеру.
Принтер зажужжал и выплюнул картинку. Одри заглянула Кальдару через плечо. Белокурая голубокровная женщина смотрела на нее с утеса. Ее надменное лицо излучало презрение.
— Ты сделал фотографию? Когда успел?"
"— Когда мы приземлились в кабину. Я ее не знаю, и ее нет ни в одном из доступных мне списков «Руки». Я бы вспомнил это лицо, но мне нужно опознать ее, а я не могу просто проверить ее по сети «Зеркала».
