– Изверг! Не дал доспать, из постели вытащил!
– Я бы и сам сейчас поспал, – согласился я. – Медосмотр в двенадцать?
– Угу. – Ринат, не вставая, дотянулся до холодильника, открыл, вздохнул: – И у тебя все пиво убрали, сволочи…
– Какое пиво! – возмутился Данилов. – Кросс, сауна, бассейн. И без никаких!
Ринат сморщился.
– Пошли-пошли, – поторопил его полковник. – Блин, да раньше тебя не только в космос, тебя в атмосферный полет бы не выпустили!
Турусов вздохнул:
– Петр, ты пойдешь?
– Нет, посплю.
– Хорошо, разрешаю, – согласился Данилов. – Не умеет человек спать в самолетах, Ринат. Устал. А мы побегаем.
– Черт побери… – вздохнул Ринат, вставая.
Я едва удержался от совета приберечь восклицание на потом. Запер за ними дверь, не раздеваясь лег на кровать.
Надо быть в форме. Надо выспаться. Данилов зря на меня возвел поклеп, я могу спать в любой позе и при любом шуме.
Мне только хочется знать, что где-то рядом теплится свет.
Звонок телефона разбудил меня через час. Я знал, кто звонит, и знал, что услышу.
Поэтому не спешил. Протер глаза, нашарил на тумбочке трубку.
– Да?
– Петя? – Голос Данилова был не просто тревожным – убитым. – Петя, у нас несчастье.
– Что случилось? – поглядывая в окно, спросил я. На корте перед гостиницей две девчонки играли в теннис. Судя по крепеньким, накачанным фигурам и коротким стрижкам, они были из какого-то женского экипажа. Может, нашего, может, французского, те часто стартуют отсюда.
– Ринат… ухитрился на кроссе упасть… сломал ногу.
Интересно, этому учат в ФСБ или Данилов просто разносторонняя личность? Все-таки сломать человеку ногу, да еще так, чтобы тот не понял, чья в этом вина, – задача не из легких.
– Ужасно, – сказал я. – Просто кошмарно. Как он себя чувствует?
– Мы в госпитале. Вот, врачи смотрят… говорят, вколоченный перелом какой-то… – Данилов выматерился. Глухо, в сторону, сказал: – Что же ты так, Ринат…
Одна девчонка пропустила подачу. Раздраженно взмахнула ракеткой.
Мне было ее жалко, играла она здорово.
– Рейс отменяют? – спросил я.
– Не знаю. Очень срочный фрахт. – Данилов вздохнул. – И все экипажи в разгоне, джамп-навигаторов нет… Петя, подходи сейчас к начальнику космопорта. Будем решать.
В трубке забикало, я опустил ее на рычаг.
Тебе повезло, джамп-навигатор. Перелом, пусть даже вколоченный, – куда меньшая беда, чем остаться под дюзами стартующей «Энергии».
Никакой охраны у кабинета Киселева сейчас не было.
