– Зачем ты стер мою память после посадки? – прямо спросил я.
– Не стер. Временно заблокировал, – выдержав короткую паузу, произнес счетчик.
– А стереть можешь?
– Да.
– Тебе могло бы найтись применение на Земле, – заметил я. – Например, в лечении преступников. Стереть из их сознания все асоциальные наклонности.
– Это насилие над личностью.
– А террорист, подкладывающий бомбу в универмаг, – вспомнил я прошлогодний взрыв в Ставрополе, – не осуществляет насилия?
– Вряд ли люди согласятся, чтобы представитель чужой цивилизации перекраивал психику… пусть даже психику убийц.
Люди предпочтут старые, проверенные методы. Тюрьму и смертную казнь.
Пожалуй, он был прав. Я вздохнул."
"– Когда-нибудь, если наш план осуществится, – мягко сказал счетчик, – наши расы смогут больше понять друг друга… и принимать помощь без предубеждения. Внешняя деятельность никогда не станет для нас главной, Петр. Но мы существуем в материальном мире, и времена не двинутся вспять. Когда-то мы дремали в гнездах – и познавали мир.
Когда информация планеты была исчерпана, мы вышли в космос. Возможно, это было ошибкой… мы встретили даэнло, и Конклав обязал нас сотрудничать с иными расами.
– Вы жалеете о том, что не остались на своей планете? – поразился я.
– Немного.
– Но невозможно овладевать новыми знаниями, не расширяясь в пространстве! Если для вас познание мира – основная жизненная цель, то вы обязаны были выйти в космос!
– Не обязательно, Петр. Каждый атом несет в себе информацию о всей Вселенной.
Нейтрино, скользнувшее сквозь планету, оставляет больше сведений, чем тысяча кораблей, исследующих космос. Мы могли пойти этим путем, но он долог… слишком долог. Был риск, что наша звезда погаснет раньше, чем мы постигнем мир. Мы решили подстраховаться…
Счетчик совсем по-человечески вздохнул.
Странный он. Порой так похож на человека в шкуре рептилии, но ведь это лишь иллюзия.
– Ладно, Карел. Спи… или как ты это называешь.
Счетчик посмотрел на меня, когда я потянулся к бра.
– Ты поможешь нам украсть челнок?
– Карел, это невозможно.
– Нет ничего невозможного в мире, Петр.
– Тогда не знаю, – честно сказал я. – Это преступление. И дело даже не в том, что челнок стоит миллионы долларов. Похищение челнока невозможно без насилия.
Счетчик молчал.
– Ты ведь тоже подчеркиваешь свое миролюбие, – сказал я. – Мне это очень нравится. Тогда пойми, я не хочу угрожать оружием своим друзьям. Тем, кто выводил меня в космос, тем, кто помогал вернуться домой.
