– Кстати, на «шестьдесят седьмом» пушечного вооружения нет. Ты не пробовал делать предупреждающие залпы самонаводящимися ракетами?
Я молчу.
– Хорошо. Ты все сделал по инструкции. Самолет следует в сторону границы.
– Запрашиваю Землю."
"– Тебе отвечают «действуйте по обстановке». Они всегда так отвечают, курсант. Запомни – ты стрелочник, и отвечать только тебе. Ну, иногда еще тому вспотевшему от страха офицеру, что сидит на микрофоне…
– Приближаюсь к самолету, чтобы установить тип.
– С равной вероятностью – пассажирский «боинг», самолет радиолокационной разведки или десантный.
– Я определю.
– Нет, курсант. Ночью, в старой машине… ничего ты не поймешь. Твои действия? Десять секунд! Объект у нейтральной территории! Бери управление.
Ну почему он разыгрывает древнюю историю корейского «боинга» именно со мной? Почему? Именно со мной, чьи родители разбились… и никому не известно, была ли это простая усталость металла или не в меру старательный пэвэошник… Затерявшийся в небе на старой машине, измотанный нерешительностью Земли, помнящий об американском «карантинном поясе», установленном в годы правления хунты, об осмелевших китайцах…
– Время!
– Огонь.
Я даже нажимаю кнопку пуска. Непроизвольно, успевая откинуть предохранитель, качнуть самолет – носом к несуществующему нарушителю – и вдавить красную кнопку до отказа…
Разумеется, ничего не происходит. Кнопка светится, но толчка от стартующих ракет нет. Никто не подвешивает к «спарке» в пилотажном полете боевые ракеты.
Майор отвечает не сразу.
И в голосе легкое удивление.
– Цель поражена, курсант. Самолет падает. Твои действия?
– Сопровождаю цель до контакта с землей.
– Не боишься увидеть, что это было?
– Боюсь.
Майор вздыхает:
– Извини дурака, Петя. Веди на точку.
Я закладываю разворот, неуверенно, руки будто чужие, но майор не поправляет. Вокруг – только небо.
– Я обычно говорю, что это был пассажирский самолет, – вполголоса произносит майор. – Нам… нам положено так говорить. Пыл охлаждать загодя. Стране не нужны инциденты…
Я молчу.
– Но тебе я скажу правду, – сухо и четко сообщает майор. – Это был американский бомбардировщик.
Встаю. Уже встал.
Какой смысл сбивать бомбардировщик, уносящий свой смертоносный груз обратно?
Прямой.
В назидание.
Ты понял, Петр?
Я еще не совсем пришел в себя. Оглядел тесную душевую. Никого нет, только голос куалькуа в глубине мозга. Внятный и тихий шепоток. Я на планете Тени. Земля с ее игрушечными проблемами – невообразимо далеко.
– Кажется.
