Пепельноволосый, с темной, медного оттенка, кожей. Одетый в зеленую, сливающуюся с травой куртку, такого же цвета брюки, тяжелые, со стертыми подошвами ботинки. На одежде виднелись следы подсохшей грязи, словно парень побывал в болоте. Он медленно перевел взгляд на меня – с легким проблеском интереса в раскосых карих глазах. И снова уставился в небо.
Я был так растерян, что задрал голову.
Ничего. Только одинокое облако.
– Что с тобой? – переходя от растерянности на ты, спросил я. Запоздало понял, что он меня не поймет.
И еще более запоздало – что я говорю не по-русски, не по-английски и даже не на языке геометров.
– Лежу, – негромко ответил парень.
Вот так контакт!
Я сел на корточки, не отрывая взгляда от незнакомца. В голове вертелась какая-то глупость, и я, конечно же, дал ей ход.
– Давно?
– С утра.
Самым странным, разумеется, было то, что я его понимал. На мгновение закралась мысль, что и здесь поработал Карел.
Впрочем, к чему умножать сущности? За моей спиной – Врата, перенесшие меня из мира в мир, да еще и научившие находить себя.
Одним вмешательством в психику больше, одним меньше.
Сейчас я, как никогда, нуждался в совете. Но куалькуа, единственный, с кем можно было поговорить, молчал.
Парень приподнялся на локтях, оглядел меня внимательнее.
– Как тебя зовут?
– Петр.
– Я не знаю тебя.
Сказано было без особого интереса, без подозрительности. Просто информация. Словно он обязан меня знать и незнакомое лицо его смущает, но не сильно, слегка…
– Я здесь впервые.
– Понятно… – Он вновь откинулся в траву.
Поколебавшись, я последовал его примеру. В голове крутилась сотня вопросов, которые надо задать в первую очередь. Вот только расспрашивать – это вовсе не значит получить информацию. Очень часто – наоборот, давать ее.
– Тебе здесь нравится?
Вот теперь в его голосе было любопытство.
– Еще не знаю, – осторожно ответил я.
– А мне нравится. Снег.
– Что?
Единственная зависшая в небе тучка никак не походила на снежную.
– Меня так зовут. Снег. Дурацкое имя?
– Да нет, почему…
– Родителей, дающих детям имена нарицательные, следует наказывать за хулиганство, – с отвращением сказал парень.
– Они говорят, что, когда я родился, всю землю покрыл первый снег. И это было очень красиво.
Помолчав, он задумчиво добавил:"
"– Хорошо, что в тот день не прорвало канализацию…
Я засмеялся. Не оттого, что острота, явно повторенная в тысячный раз, была столь удачна. Меня отпускало напряжение.
Жители Тени оказались куда ближе к землянам, чем геометры.
