– Информация немного доходит, – уклонилась Маша.
Знаем мы, до кого обычно доходит информация…
В каюте, которую алари гостеприимно отвели для людей, мне пришлось побывать только один раз. Усаживаясь в кресло, я невольно вспомнил свою искреннюю радость, испытанную при мысли, что существуют специальные подставки для сидения.
Радостная болезнь – склероз. Сплошные приятные сюрпризы.
Кофе был швейцарский, «Нескафе», в саморазогревающихся пластиковых чашках из полетного рациона шаттла. Я выдернул дурацкую трубочку – сосать кофе через соломинку можно лишь в невесомости или при помрачении рассудка, содрал с крышки обертку из фольги, с удовольствием принюхался – та штука, что заменяла кофе у геометров, все-таки имела абсолютно другой вкус, – сделал глоток.
– Спасибо, Маш. Это то, что было нужно.
В общем-то женщинам всегда приятны комплименты по поводу их кулинарного мастерства. Даже если они всего лишь открыли консервную банку, стоит восхищаться так, словно тебя накормили паровой осетриной или рассыпчатым узбекским пловом.
Маша тоже приняла комплимент с удовольствием.
– Не понимаю, как вы летаете по месяцу, – заявила она. – Ничего толком нет съедобного.
– На космодромах есть ресторанчики. Там нормально готовят.
– И что, все завозят с Земли?
– Нет, конечно. Обычно доставляют образцы мяса, картошки, зелени. А Чужие их подращивают на своих пищевых синтезаторах. Тоже дорого, но дешевле, чем возить по-настоящему.
– Удобно, – согласилась Маша.
– Не до конца. Понимаешь, обычная еда всегда разная.
Даже если картошка с соседних полей, все равно она разная. А мясо тем более, двух одинаковых коров не существует.
– Убивать животных для еды – мерзость, – неожиданно сказала Маша.
– Ты вроде не вегетарианка…
– Нет, но лишь по рассудочным соображениям. Животная пища необходима, поэтому приходится ее употреблять.
Меня такой подход позабавил. Любишь мясо, так не надо вставать в позу…
– Смешно? – строго спросила Маша.
– Да. Твои военные познания и любовь к животным…
– Знаю, знаю, Гитлер был вегетарианцем… Петр, одно дело честный бой, другое – употребление живого в пищу.
Я дальше спорить не стал, в таких случаях это бесполезно, лишь заметил:
– Все равно твоя любовь к оружию скорее характерна для мужчин.
– Ну и что? Я в детстве очень переживала, что не родилась мальчиком. Меня даже к психиатру водили, но оказалось, что сексуальных нарушений нет, лишь повышенная агрессивность и стремление властвовать.
