Хочу ли я, чтобы мы продолжали?
Есть ли вообще в этом смысл?
Потому что я не могу поддерживать отношения с кем-то, кто замыкается в себе. С кем-то, кто не впускает меня.
Но потом я думаю о том, как приятно вызывать у него улыбку. Как трепещет мое сердце, когда он смеется. То, как он слушает меня и не выказывает никакого осуждения, только принятие.
Я быстро вытираюсь и надеваю фланелевые брюки и худи. Это наименее сексуальный наряд на свете, но то, как он восхищается мной, когда я выхожу, заставляет меня чувствовать себя такой глупо красивой.
Я сажусь рядом с ним, подтягиваю колени и обнимаю их.
— Моего отца зовут Люк.
Это совсем не то, что я ожидала услышать.
Я хмурю бровь, глядя на него.
— И?
— Моя мама назвала меня в его честь.
— Так ты Люк Младший?
— Не совсем. У меня нет его фамилии. Они не были женаты, так что Райдер — девичья фамилия моей матери. — Он выглядит больным. — Я рад, что у меня нет обоих его имен. Господи. Тогда от этого вообще не было бы спасения. По крайней мере, у меня есть Райдер.
— Почему тебе нужно избегать этого? Ты не близок со своим отцом?
— Он выстрелил моей матери в голову и убил ее.
Меня охватывает шок.
Я совершенно не подготовлена и понятия не имею, как реагировать.
Я таращусь на него, моргая. Пока я не понимаю, что он только что поделился чем-то настолько глубоко личным и душераздирающим, а я здесь пялюсь на него как идиотка.
— Ч-что? — Я запинаюсь. Опять же, не самый вразумительный ответ. Но, по крайней мере, теперь мой голос работает.
— Твой отец убил твою маму?
Райдер кивает.
— Сколько тебе было лет, когда это случилось? Ты...? — Я замолкаю.
Мой мозг не может этого постичь. Он буквально не может вместить тот факт, что мать Райдера была убита его собственным отцом."
"— Мне было шесть. И да, я видел, как это произошло.
Я беру его за руку и нахожу ее холодной. Я переплетаю наши пальцы, наполняя его теплом, побуждая его продолжать.
Его взгляд становится напряженным. Черты лица искажены болью.
— Тебе не обязательно говорить об этом, если ты не хочешь, — наконец говорю я.
Это вызывает у него сухой смешок.
— Правда? Потому что вся причина, по которой я здесь, вся причина, по которой ты расстроена из-за меня, связана с тем, что я не говорю. И что, теперь можно не рассказывать?
— Я просто имею в виду, что тебе не обязательно рассказывать все подробности. Достаточно того, что я знаю...
— Что мой отец убийца?
Сейчас я чувствую себя ужасно.
