Но у меня нехорошее предчувствие по этому поводу.
ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ
РАЙДЕР
Это ваша остановка
— Хорошо. Вот еще. Тебе подарили домашнего тигра...
— Класс, — говорит Наззи.
— Как его зовут? — Спрашивает Патрик.
Беккет закатывает глаза, перевязывая свою клюшку скотчем, готовясь к сегодняшнему выездному матчу против университета Браун.
— У него нет имени.
— Что это за тигр, у которого нет имени? — спрашивает Патрик.
— Это хорошая мысль, — говорит Шейн Беку.
— Придурки, вы дадите мне закончить или нет?
— Хорошо, давай, — говорит Назем, разрешающе взмахивая рукой.
— У нас есть ручной тигр. Безымянный ручной тигр.
Я тихонько хихикаю.
— В любом случае, — продолжает Беккет, — этот тигр великолепен. Круглосуточная охрана, первоклассный ведомый, потому что все цыпочки хотят почесать его за ушком или что-то в этом роде. По сути, он — одни плюсы в твоей жизни.
— Но...? — Спрашивает Шейн, потому тут всегда есть но.
— Но в течение трех часов каждый день ты должен слушать, как он ноет, — заканчивает Беккет.
— По поводу? — С любопытством спрашивает Рэнд, натягивая джерси поверх нагрудника.
— Обо всем. Я говорю о самых обыденных, тривиальных, мелочных вещах. — Беккет кивает. — По сути, на три часа каждый день он превращается в девушку Мики.
— Пошел нахер, — говорит Мика, показывая ему средний палец. — Вероника не так уж и часто жалуется.
Шейн хихикает.
— Чувак. Все, что она делает, это жалуется.
Из шкафчика в конце ряда с хмурым видом выходит Джордан Трэгер.
— Почему вы, придурки, всегда проводите эти дерьмовые мысленные эксперименты?
— О, это действительно забавная история, — подхватывает Назем, протягивая редкую оливковую ветвь.
По большей части ребята из Иствуда и Брайара религиозно избегают друг друга. — Мы ехали в автобусе, возвращаясь с игры против Дартмута, и произошел инцидент...
— Мне насрать на твою забавную историю, — бормочет Трэгер. — Я просто говорю, что это чертовски по-детски.
— Говорит парень с татуировкой мультяшного тигра на спине, — со смешком отвечает Беккет.
— Именно когда я увидел эту ужасную штуку — вот что натолкнуло меня на идею для этого мысленного эксперимента.
— Ты серьезно обсираешь мою татуировку? — Огрызается Трэгер. — Мужские татуировки священны.
— Как и мужские глаза, а твоя татуировка причиняет им боль, — растягивает слова Бек.
На другом конце комнаты я замечаю Уилла Ларсена, пытающегося скрыть улыбку.
Воспоминание о вчерашнем бардаке быстро возвращается. Обнаружить Ларсена в моей ванной было... странно.
