Хорошо?
Я кивнула, настолько возбужденная, что едва могла дышать, и запустила пальцы в его густые черные кудри, пока Элек прокладывал дорожку поцелуев к моему рту, жадно впиваясь в него. Я смаковала сладкий вкус его дыхания и наслаждалась щетиной, царапающей мое лицо. Не было ничего деликатного в близости с Элеком, даже когда он был максимально нежен. Я провела языком по кольцу на его губе, а когда слегка потянула за него, он зарычал. Невозможно было в полной мере насладиться его ртом. Хотелось ощутить его на всем теле.
Между моих ног собралась влажность, когда он опустился коленями на бетон, чтобы приподнять мое платье и медленно стянуть вниз нижнее белье. Посмотрев на меня, он наградил своей красивой улыбкой.
— Тебе это больше не понадобится, — улыбнулся Элек и добавил, — по меньшей мере на неделю.
Он быстро спрятал мои трусики в задний карман. У меня задрожали коленки.
Элек медленно поднялся, и дальнейшие события были ничем иным, как идеально поставленной эротической прелюдией. Каждый звук, каждое движение казалось сексуальнее предыдущего: снятие ремня, поспешное расстегивание ширинки, разрывание зубами упаковки презерватива, не сводя с меня глаз, звук раскатывающейся резинки по его красивому члену, из которого уже выделилась смазка вокруг пирсинга на головке.
Я пульсировала от нужды.
Его глаза, казалось, потемнели до угольного оттенка. Не спуская свои джинсы, он поднял меня и обернул мои ноги вокруг своей талии, прижимая спиной к кирпичной стене.
— Скажи мне, если пересеку грань, — сказал он грубо.
— Не …
Ах!
Он вошел в меня одним резким рывком. Затем подложил свою руку мне за голову, как щит, потому что понял, что едва ли не вызвал у меня сотрясение мозга.
Его рот оставался на моей шее, нежно покусывая ее, пока он трахал меня, а жар его члена опалял. Каждое движение было жестче предыдущего и разделяли их секунды.
С каждым толчком он громко стонал. Нас определенно должны были поймать. Это был самый жесткий секс в моей жизни, уступавший лишь тому разу, когда он взял меня на полу в моей спальни семь лет назад.
У меня не было секса почти два года, но этого было незаметно, с такой легкостью мое тело приспособилось к нему, несмотря на его размеры. Думаю, что я была влажной и готовой к нему с того самого момента, когда вновь увидела в том саду."
"Он продолжал трахать меня, со злостью и необузданностью.
— Это тело должно принадлежать только мне, — сказал он, не отрываясь от моей шеи. Элек толкнулся в меня. — Я отпустил тебя.
