Но только в тех случаях, когда не ныл и не жаловался.
– Николай! – позвал Ленька, поглядывая на реденькие волосы на темени Рыбина. – Ты как относишься к нашему хозяину?
– Он хозяин не нам, а своему бизнесу, – проворчал Рыбин. – У меня лично нет хозяев.
– То есть Матюшин тебе никто? – страшным голосом спросил Ленька и прикрыл рот рукой. – А вот если он узнает о твоих крамольных мыслях, о твоем неуважительном отношении к нему?
– А при чем тут неуважение? Я его…
Договорить Рыбин не успел. Дверь распахнулась сразу во всю ширь, и в комнату буквально вкатился Матюшин.
Он крутил головой по сторонам, разглядывая стеллажи с бутылками, наполненными чистящими средствами, станочки и приспособления для ремонта и чистки изделий, заодно проверяя наличие всех троих оценщиков. Окошки для посетителей были закрыты, потому что сегодня, в соответствии с графиком, приема изделий на комиссию не было.
– Так, голуби мои сизокрылые! – с привычной насмешкой в голосе сказал Матюшин. – Давайте-ка все ко мне. – Он уселся на место Кошелева и с трудом положил одну толстую ножку на другую.
Владимир оставил чашку на подоконнике и подошел к столу. Рыбин первым вскочил со своего места. Он торчал столбом и все время поправлял очки с толстыми стеклами, отчего стал еще больше похож на рыбу, которая все время обмахивается плавником и глупо таращит глаза.
Богатов остался сидеть. Он был в самом выгодном положении. Шеф устроился в двух шагах от него, и ценные указания можно было выслушивать, не сдвигаясь с места.
Ленька подпер подбородок кулаком и ждал, что скажет начальство.
– Так, голуби! – продолжил Матюшин, постукивая пальцами по крышке стола. – Дело у меня к вашему, так сказать, департаменту. Вы у меня тут самые-самые специалисты, с вас и спрос, вам и первостепенной важности задание.
Владимир смотрел на хозяина с видимым равнодушием, хотя внутри у него все кипело. Это не было ненавистью, обидой или чем-то подобным. На Кошелева опять навалилось раздражение, которое не оставляло его ни днем ни ночью.
Им командует человек, который заведомо глупее его, зато не имеет физических недостатков. По крайней мере таких, как у самого Владимира. Он тоже мог стать миллионером, но что это ему дало бы? Он стал бы тратить деньги на дорогие операции по исправлению…
Об этом Владимир тоже думал. Он много читал и сделал вывод, что с такой болезнью его ждет только огромное количество операций, долгое лечение, которое вряд ли даст заметные результаты.
Жизнь коротка.
