– Запомни, Хруст! – послышался за спиной хриплый голос. – На тебя постоянно нацелено два ствола. Если ты только дернешься, нос не вовремя почешешь, то мы тебя маслинами нашпигуем до самых ушей. Бурый никому не верит. Мы тоже. Сам знаешь, ничего личного, работа такая.
– У меня нет ствола, расслабьтесь, – посоветовал Хруст.
– Про тебя слухи ходят, что ты и голыми руками мочишь кого угодно за милую душу. Залезай и жди.
Хруст поставил ногу на пол машины и легко забросил тело в салон. Первым делом он обратил внимание на то, что левая дверца оказалась заперта, а правая, через которую он сел в машину, так и не закрылась Крепкий парень с пистолетом на уровне живота продолжал стоять и смотреть Хрусту куда-то в область кадыка.
«Грамотно! – подумал Хруст. – Он следит за моим телом и руками. Знает, что смотреть в глаза нельзя, они отвлекают, можно пропустить момент атаки».
Открылась передняя дверца. На пассажирское сиденье с кряхтением и ворчливыми возгласами влез бритоголовый крупный, даже какой-то округлый молодой мужчина.
Покатые плечи, бочкообразная грудь, толстая шея и маленькие уши. Весь его образ напоминал или боксера, или борца тяжелого веса. Наверное, когда-то так и было. Хруст понял, что вся охрана Бурого состояла из спортсменов. Эх, лихие девяностые, не для всех вы закончились."
"– Здорово, Хруст, – недовольно и устало произнес Бурый, не глядя назад и сгорбившись на переднем сиденье. – Говорят, ты ищешь кого-то, роешься среди пацанов, как в своем кармане.
– Да, есть у меня одно дело, – спокойно согласился Хруст.
– А почему тебя это интересует?
– Ты, Хруст, говорят, раньше сильно крутым был. – Бурый как будто не услышал его вопрос. – В спецназе служил или где-то там еще. Убивать, говорят, больно наловчился.
– Зачем звал, Бурый? Если есть вопросы, то задавай. Мне скрывать нечего.
– Хорошо, если так, – с тяжелым вздохом произнес Бурый, а потом неожиданно ловко и быстро повернулся лицом к Хрусту, сидевшему сзади.
Теперь тому стало видно, что глазки у Бурого маленькие, злые и слезятся, как с похмелья.
Они злобно сверлили Хруста, как будто пытались во что бы то ни стало проделать в нем две дырки.
– Но ты не быкуй, Хруст, не надо. Ты ведь можешь с этого сиденья и не слезть. Сейчас вот мигну одним глазом, и кранты тебе.
– Зачем? – равнодушно спросил Хруст, глядя в окно. – Крови мало? Власти над людьми не хватает? Я человек независимый, задницу тебе лизать все равно не буду. Меня наняли, я делаю работу. Ты уважения хочешь, я его тебе оказываю.
