— Иди! – Дмитрий кричит.
Дэмиен хватает меня за руку, а затем меня рывком поднимают на ноги, и мы начинаем бежать.
Оглядываясь через плечо, я наблюдаю, как Киллиан остается у внедорожника, чтобы помочь уничтожить врага. Мы врываемся в широкие двери, а затем Дэмиен прижимает меня спиной к стали.
Когда он выходит на открытое место и начинает стрелять, я выглядываю из-за двери. Я наблюдаю, как один человек за другим падает.
Мой взгляд падает на Алексея, который убивает их с ухмылкой на лице.
Матерь божья.
Он выглядит как сама смерть.
Когда мой взгляд поворачивается туда, где находится Дмитрий, я сосредотачиваюсь на Киллиане, который находится между ними. Это длится всего секунду, а затем его тело отлетает назад.
Из меня вырывается крик, и я бросаюсь вперед. Я чувствую, как пальцы Дэмиена вцепляются в свитер, который на мне надет, но я слишком быстра для него. Поднимая руки, я начинаю стрелять, когда бегу к Киллиану. Пуля просвистывает мимо моей головы, и я с короткой дистанции убиваю троих мужчин, а затем падаю на колени рядом с Киллианом.
Он хватает ртом воздух, и его глаза мгновенно встречаются с моими.
— Куколка.
Я прижимаю обе руки к ране в его груди.
— Киллиан, – выдыхаю я. Его кровь просачивается сквозь мои пальцы, и я нажимаю сильнее, пытаясь остановить ее. – Боже, Киллиан.
Нет. Нет. Нет.
Ужас начинает обрушиваться на меня, угрожая утопить в невыносимой боли. Я смотрю, как последний человек, который значит для меня весь мир, пытается дышать, и это заставляет что-то разбиться вдребезги внутри меня.
Стрельба прекращается, а затем Алексей кричит:
— Тащите свои задницы в самолет.
С большим усилием Киллиан поднимает руку к моей щеке, его прикосновение слабое.
— Люблю тебя, куколка.
Рыдание подступает к моему горлу, мои глаза не отрываются от него.
— Все в порядке. С тобой все будет в порядке, – начинаю я бормотать, мой голос дрожит от неприкрытого страха.
Киллиан медленно качает головой.
— Иди. Тебе нужно... выбираться… отсюда.
— Я не оставлю тебя, – кричу я, сильнее прижимаясь к его груди.
Дыхание Киллиана начинает хрипеть, и этот звук – самая ужасная вещь, которую я когда-либо слышала.
— Н-нет.
Дэмиен обнимает меня за талию и начинает оттаскивать от Киллиана.
— Подожди! – Я плачу, борясь с его хваткой. – Подожди!
Губы Киллиана изгибаются в кривой усмешке, которую я так люблю, а затем он выдыхает:
— Ку…колка.
Дэмиен прижимает меня к своему телу и начинает уносить прочь.
