Не волнуйся.
Руки Шона обвиваются вокруг меня, и он цепляется за меня, как будто у него есть сила удержать меня здесь.
— Пожалуйста, не уходи, – шепчет он, его голос напряжен от беспокойства.
— Тише... Со мной все будет в порядке. Просто береги себя. Хорошо?
Шон кивает, его хватка на мне сжимается еще сильнее.
У нас обоих рыжие волосы и зеленые глаза нашей матери, но Шону достались крупное телосложение нашего отца и сильные черты характера. В прошлом году он пережил всплеск роста, благодаря чему значительно обогнал меня.
Мне, с другой стороны, досталась миниатюрная фигура нашей матери. В двадцать один год я все еще выгляжу моложе Шона, хотя я на четыре года старше его.
Когда мы отстраняемся друг от друга, Шон качает головой.
— У меня плохое предчувствие.
— Со мной ничего не случится. Академия Святого Монарха в безопасности. Перестань волноваться, пожалуйста.
— Пора, – говорит отец, подходя к нам ближе.
Кивнув, я встаю на цыпочки и оставляю прощальный поцелуй на щеке Шона.
— Не высовывайся и оставайся на территории, – снова напоминаю я ему.
Он кивает, делая шаг назад, разочарование все еще искажает его черты.
Отец притягивает меня в объятия, затем шепчет:
— Ты не обязана это делать.
— Я знаю. – Я прижимаюсь щекой к его груди. – Я хочу это сделать. Для Шона. Для тебя.
Отец кивает, отстраняясь, его глаза скользят по моему лицу. Уголок его рта приподнимается.
— Киллиан будет находиться за пределами Академии. Не стесняйся звонить ему, если что-нибудь случится.
Я отступаю назад и с любовью, наполняющей мое сердце, смотрю на двух мужчин в моей жизни.
— Вы оба слишком много волнуетесь. Я могу сама о себе позаботиться.
Отец издает смешок.
— Мы должны защищать тебя, а не наоборот.
— Нет, – ухмыляюсь я им. – Вы управляете бизнесом, а я позабочусь о вашей безопасности. Конец дискуссии.
Глаза отца встречаются с моими, и они темнеют.
— Ты – кровавая принцесса клана Хемсли. Никогда не забывай этого.
— Я не забуду, отец, – обещаю я. Отворачиваясь от них, я забираюсь на заднее сиденье бронированного джипа.
Мое личное огнестрельное оружие, ""Heckler and Koch"", впивается мне в поясницу, но я игнорирую легкий дискомфорт. Еще у меня к лодыжке пристегнут ""Glock"".
Прежде чем Киллиан закрывает дверь, я смотрю на своего отца и брата.
— Я люблю вас обоих всем своим сердцем.
Глаза Шона начинают краснеть от непролитых слез.
— Я тоже тебя люблю.
Губы отца приподнимаются в гордой улыбке.
— Люблю тебя, моя принцесса.
