Ну, если мне не изменяет память, то Оливер меня на дух не переносил, и просто превратил мою жизнь в ад. А потом эта Бьянка… и другие женщины. Нет смысла.
Лариса мягко засмеялась, в ее глазах плясали искорки веселья.
— Ну и по этой причине ты покупала себе новую одежду каждый раз, как одурманенная, когда узнавала, что он приедет?
— Одурманенная? Эй, нет, не было такого. Я его просто ненавидела.
Она успокаивающе похлопала меня по руке.
— Все повторяется, моя дорогая девочка. Потому что он не хотел идти по тому же пути, что и его отец.
Он думает, что Мишель был слабым. И знаешь, Оливер прав. Потому что Мишель отказался сражаться за нас. Он считал мнения других выше нас.
— Так Оливеру известно? — выдохнула я. — Ну о вас двоих? Что вы были братом и сестрой?
Она теребила свои руки. На ее выражении лица читалась боль.
— Да. Это был самый большой семейный скандал. Люди называли нас по именам, говорили, что мы живем в большом грехе, и что наши ребенок тоже будет монстром, похожим на Мишеля. Люди такие ужасные, Мая.
Они никогда не думают, о том, что говорят, и как это причиняет боль другому человеку.
Я кивнула. Я знаю, какого это, потому что со мной тоже так обошлись. Мое сердце обливалось кровью за нее и за Оливера. Он был просто мальчиком. Почему люди считали его монстром? Теперь я не удивляюсь, почему он был таким озлобленным все это время. Я даже понятия не имела об этом дерьме. Все это время я ненавидела его, потому что он делал то же самое в ответ, он просто вымещал все на мне, чтобы скрыть эту боль.
— Оливер так долго был зациклен на всем этом. Теперь я начала его наконец-то понимать. Мне хотелось знать, из-за чего были все эти вещи. Я могла бы стать ему другом.
— Он слишком упрям для этого. Он не хотел заботиться о тебе, моя дорогая, — она немного поерзала на кровати и опустила глаза в пол.
— Что? — пробормотала я.
— Мне было так стыдно, когда Оливер узнал, что его отец начал спать с девушками его возраста. Знаешь, а я думала, что смогу остановить все это.
Возможно, если бы я немного помолодела, то его отец бы перестал смотреть на других. Но, затем поняла, что причина в нем.
Я схватила Ларису и притянула к себе, крепко обнимая — она плакала.
— Это не твоя вина Лариса. Ты просто стала жертвой обстоятельств, — ответила я. Теперь я поняла, почему Лариса была так чертовски одержима своей внешностью. Она просто прятала свою боль за внешностью. Я не могла ничего с этим поделать. Она реально была очень красивой женщиной.
