А может, выйду замуж за богатого дядечку и буду дурака валять. А что, чем плохо?
– Ну, Мини, не так все просто, – сказал я.
Мистер Лоусон уже был у самой двери, но от нас его отделяла банда и еще несколько пассажиров: мы стояли в самом конце вагона. За нами была только чернота уносящегося тоннеля. Мини молча смотрела в темноту, отражаясь в вагонном стекле: смотрела не на летящие рельсы – на меня. На мгновение наши взгляды встретились – и я залился краской.
– Думаете, они живут по Золотому правилу? – кивнула Мини в сторону банды.
– Ты о чем? – спросила Анна.
– Ну, помнишь, во время экскурсии по городу мы видели граффити? Эти типы следуют тому, что там написано?
– А то! «Поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой». По-любому, так они и делают.
– А разве это было граффити? Кажется, я читала это на каком-то из зданий ООН, – произнесла Анна.
Все задумались и пожали плечами. Даже Дейв, который всегда все помнил.
– Давайте хотя бы не трогать их, тогда они не тронут нас, – предложил я.
На шее у одного из парней висело огромное золотое распятие. – А что, может, у них и правда есть свой кодекс чести? Может, они такая себе группа прикольных священников, исповедующих хип-хоп? Вряд ли, конечно. А с другой стороны, они вполне могут быть не так опасны, как мы о них думаем.
– Хотите анекдот? – заговорил Дейв. – Собрались как-то четыре подростка из разных стран – Австралии, Англии, Китая и Штатов – и сели в метро…
Анна закатила глаза. Мини заметила:
– Я не из Китая, я с Тайваня.
– Да какая разница?
– А какая разница между тобой и канадцем?
– Ну ладно, – согласился Дейв, – с Тайваня.
– Ну, и что с ними было дальше?
– Ничего интересного?
– Зады отсидели?
– Поиздевались над тупым американским юмором?
Но Дейва было не так просто вывести из себя.
– Нет, нет и нет. А дальше, они…
Вдруг раздался оглушительный шум, вагон тряхнуло так сильно, что мы похватались за поручни. Я моргнуть не успел, как все повторилось, вагон замотало из стороны в сторону, из-под колес в темноте посыпались искры.
Мини швырнуло на меня, и я нагнулся, чтобы помочь ей встать. В другом конце вагона люди с криками попадали с сидений.
Мы с Мини медленно поднялись. Видно, я обо что-то ударился и рассек бровь, когда вагон тряхнуло, – на лбу была кровь.
– О господи! Ты как? – спросила Мини.
Анна достала из рюкзака бумажную салфетку и велела мне прижать ее к ране. Свет в вагоне мигал, и парни из банды больше не казались такими страшными.
