Но внезапно изображение стало очень четким: Боб включил подсветку на камере.
«Так. Внутри корпуса я вижу что–то похожее на длинные нити с большими стеклянными бусинами».
И действительно, на экране появились ярко–красные, довольно крупные, стеклянные шары, нанизанные как бусы.
«Что это такое? Может, взрывчатка?»
На заднем плане пронзительно закричала женщина, и картинка пропала.
Я отключил камеру. Мне–то было ясно, что это за шарики: в них находился биологический агент. Собор Святого Патрика? Ровно через дорогу от Рокфеллеровского центра.
Все это время ракета лежала там! Совсем рядом. У меня задрожала в руках камера. Кто знает, а вдруг весь город нашпигован такими «подарочками»? Может, все именно так задумано: в ракетах стоят таймеры или что–то похожее и они просто ждут своего времени, чтобы сработать…
– Ай!
Я вскрикнул от неожиданности: тихонько подошла Пейдж и положила руку мне на плечо.
– Все в порядке?
– Да, – ответил я, вынимая карту из камеры. – Извини. Это я от неожиданности.
– Пойдем, кое–что тебе покажу.
Она набросила на плечи теплую куртку и жестом позвала за собой. По пути я прихватил свою любимую спасательскую куртку, лежавшую на сумке в холле, – в кармане чувствовалась тяжесть пистолета.
Мы с Пейдж стояли на замерзшей крыше почти в полной темноте. Рассвет только–только начинался. Кроме нас здесь никого не было. Пейдж подвела меня к телескопу, махнула рукой через Гудзон и, пока я настраивал оптику, подошла очень близко.
– Ха! – вырвалось у меня.
– Что?
– Я уже видел эти огни, – сказал я, вспомнив, как из небоскреба наблюдал за Нью–Джерси, и заметил, как в целом здании разом вспыхнул свет.
Хорошо, хоть это не оказалось игрой моего воображения, в отличие от много другого, пережитого за последние дни.
– Они зажглись прошлой ночью, – сказал Пейдж. – Ты их вчера видел?
Я покачал головой.
– Почти неделю назад. Я потому и ушел на Лодочную пристань, чтобы переправиться на тот берег, в Нью–Джерси.
– Как думаешь, там прячутся люди, или автоматика срабатывает?
– Понятия не имею.
Я внимательно рассматривал в телескоп район: ни единого движения, ни единого признака жизни.
– Отсюда не разберешь. Если бы подойти ближе…
Пейдж прижалась ко мне и одной рукой обняла за талию.
– Я хочу, чтобы ты был ближе, – сказала она, опуская голову мне на плечо. В первых тусклых лучах солнца я видел, как в глазах девушки мерцают блики. Немного нагнувшись, я жадно поцеловал ее. Сквозь нахлынувший жар я почувствовал, что губы у нее пахнут клубникой.
