Том не любит, когда что–то идет не по его, а Калеб взбудоражил людей, обнадежил, убедил, что есть шанс уйти из города…
Я еще не знал Тома, но он уже представлялся мне придурком и ничтожеством.
– Можете сказать своему Тому, что Калебу не удалось уйти… – произнес я.
Боб посмотрел на Даниэля, будто спрашивая разрешения задать неловкий вопрос: вернее, будто хотел узнать, нужно ли им вообще интересоваться судьбой Калеба. Ведь иногда жить в неведении гораздо спокойнее.
– Ты так говоришь, будто его нет в живых, – сказал Боб.
– Разве? – удивился я.
– Нам так показалось, – спокойно произнес Даниэль, и мне сразу перехотелось спорить и что–то скрывать от них. – Что случилось? Расскажешь?
И я рассказал, как из–за взрыва Калеб стал Охотником. Начал с неразорвавшихся снарядов: на один я наткнулся еще в первый день, другой нашел Калеб в стене полуразрушенного дома, а третий вез в кузове военного грузовика Старки – интересно, узнаю я когда–нибудь, кем он был на самом деле? Он один из всех остальных людей в форме разговаривал со мной серьезно и предупредил: «Когда ракета взорвется, высвободится биологический агент, понимаешь?» Из–за этого агента Калеб превратился в Охотника.
Я послушался Старки и убежал, а мой друг остался спасать человека. Потом раздался взрыв, и вылетел огненный шар. На мгновение Калеба скрыл густой дым, а когда я снова увидел его, все уже случилось. Калеб склонился над раненым солдатом: он пил его кровь.
Новые знакомые слушали меня, не перебивая, а затем Боб стал задавать вопросы:
– А этот Старки, он был американским военным?
– Не уверен.
На грузовиках была аббревиатура. Думаю, они входили в научно–исследовательский отряд. – Я вспомнил, что мне объясняла Фелисити, брат которой был военным медиком. – Специалисты–вирусологи, занимаются биологическим оружием.
Даниэль кивнул.
– Научно–исследовательский медицинский институт инфекционных заболеваний Армии США… – задумчиво повторил он.
– А зачем они погрузили в кузов снаряд? – вмешался Боб.
– Наверное, он был нужен для опытов, – предположил я.
– Или заметали следы, уничтожали улики, – сказал Боб. – Биологическое оружие, сами понимаете. Только вот, зачем… – И замолчал. Вопрос повис в воздухе, потому что ответа на него не было. – Почему тогда прилетел наш самолет и подбил их?
Я пожал плечами.
– Наверняка я теперь знаю только одно: как появилось два типа Охотников. Все зависит от близости к очагу взрыва. Если человек оказался близко, то он превратится в такого, как мы только что встретили.
