Только что потом?
До сих пор охотники не перелезали через ограду. Так почему мы должны бояться, что они до этого додумаются?
Потому что они становятся умнее? Потому что с каждым днем охотятся все лучше? Потому что придумывают новые способы заполучить добычу?
Внезапно я будто проснулся, увидел перед собой цель. Все вдруг стало ясно и понятно, пришла уверенность. Я сел, развернувшись спиной к заднему входу арсенала: как постовой в карауле. Я оберегал Рейчел. И звери оберегали ее. Мы были одной семьей и выпутываться нам вместе.
Я натянул капюшон — замерзшее лицо стало понемногу отогреваться. Так и сидел, глядя на темный город и ожидая прихода рассвета.
— Ты рано встал.
Из арсенала вышла Рейчел и положила руку мне на плечо."
"— Не мог уснуть, — соврал я: если бы мне дали возможность, я бы отсыпался до конца жизни. Ноги и зад затекли от сидения на холодных ступеньках, зато мысли стали яснее после того, как я столько времени слушал тихий пульс одинокого Нью–Йорка.
— Тебя разбудил шум?
Я подозрительно посмотрел на нее.
— Да.
— Это арсенал, — сказала Рейчел, регулируя яркость фонаря. — Он живет своей жизнью: в окна стучатся ветки, в стенах и под полом скребутся крысы и мыши, на крыше гнездятся опоссумы. Здание скрипит из–за перепадов температур. Ничего сверхъестественного.
Я устало кивнул.
— Пойдем внутрь, — сказала Рейчел, зябко кутаясь в одеяло. Волосы у нее были заправлены за уши. — А то замерзнешь до смерти. Я поставила греться воду.
Я поднялся и пошел за Рейчел. Часы показывали почти половину восьмого.
В ванной я вымылся нагретой в ведре водой, наслаждаясь теплом и паром. Через небольшое окошко было видно, что уже светает: за голыми ветвями деревьев, стучавшими по стеклу, вставало солнце.
Рейчел сварила кашу и поставила передо мной в тарелке. Достала мед, чай, сок.
— Спасибо, — поблагодарил я, заливая кипятком пакетики с чаем в чайнике.
Мы молча завтракали при сером утреннем свете. Я смотрел, как прямо сидит Рейчел, и тоже старался не сутулиться. Глоток кофе, удар ложкой по тарелке, скрип стула.
Эти звуки отвлекали меня, не давали заговорить о самом главном.
Мне хотелось спросить только об одном: что заставит Рейчел уйти? Но я боялся услышать ответ. Или я, или само это место должны были убедить ее в необходимости покинуть город.
— Послушай, Рейчел. Давай уйдем, — нерешительно предложил я.
— У нас еды еще на неделю, — не поняла она меня, пока не подняла глаза. — Ты имеешь в виду, совсем? Из города?
Я кивнул.
