"
"— Мне все равно, что он сделал. Ты поднял на него руку. Мы. Не. Бьем. Людей, — воспитательница продолжает тыкать пальцем в мой нос после каждого слова, словно это должно произвести на меня впечатление.
Но все, о чем я думаю, это как убить ребенка, лежащего на полу, истекающего кровью, умоляющего о помощи.
Воспитательница громко вздыхает.
— И вот снова.
Комната полностью погружается в тишину, и все пялятся, пока она выволакивает меня через дверь и ведет вверх по лестнице.
— Тебе нужно было снова это сделать, не так ли? Ты просто не можешь удержать свои руки от него?
— Он продолжает доставать меня.
— Что я только что сказала? — произносит она, сверля меня взглядом, которым можно убить. — Здесь не трогают других детей, Майлз. Ты уже должен был это запомнить. Думаю, тебе пора выучить жестокий урок.
Она толкает меня в мою комнату.
— Я не хочу слышать от тебя ни звука в течение следующих нескольких часов. Ты понял это?
Я сажусь на кровать.
— Но как же ужин? — Я смотрю на часы — почти шесть — и мой желудок начинает урчать.
Она кривится.
— Плохие дети не получают еду.
И затем она хлопает дверью.
Я бегу к двери, колотя в нее кулаками.
— Подождите! Вы не можете этого сделать! Я голодный!
— Может, тебе стоит для начала подружиться с детьми. Может, тогда ты не будешь таким голодным, — размышляет она по ту сторону двери.
— Они не хотят со мной дружить. Никто из них. Они хотят только дразнить меня.
— Может, дело не в них. Может, это ты, — язвит она. — Не удивительно, что родители бросили тебя здесь.
— Она прочищает горло, а затем я слышу стук ее каблуков, пока она спускается вниз по лестнице, оставляя меня наверху одного.
Ногти царапают деревянную поверхность двери, пока я сползаю на пол. Я пытаюсь подумать о счастливых вещах, но ничего не приходит в голову. Нет ничего счастливого в этом месте, и я не помню ни единого радостного дня, даже когда я был не здесь.
Один в своей комнате, без игрушки, где только тикающие часы составляют мне компанию, я провожу свой день, пока не начинаю желать, что лучше бы я вовсе не рождался.
* * *
Несколько месяцев спустя…
Я сбежал. Не зная, что еще сделать после того, как дети столкнули меня с лестницы, а персонал не повел и бровью. Мне некуда идти, но я не хочу возвращаться туда. Я ненавижу то место и всех, кто живет или работает там.
Никто меня не понимает.
Накручиваю травинку на палец и выдергиваю ее, позволяя ей улететь с ветром. Здесь так мирно посреди неизвестности рядом с одинокой дорогой.
