Это в твоих же интересах. Почему ты не можешь этого увидеть?
Дело не в том, что я не могу. Дело в том, что, что я ненавижу часть про «мои интересы». Я слышала это множество раз прежде, и слова всегда были ложью.
— Прекрати. Просто прекрати.
— Иногда я тебя терпеть не могу, — рычит он. — Ты серьезно заставляешь меня задуматься о том, что лучше бы я не целовал тебя в первую очередь.
Я кривлюсь.
— Ну, если ты так думаешь о нас, почему просто не закончить все это сейчас? Спасись от неприятностей.
— Закрой рот! — кричит он.
— Ты не имеешь ни малейшего понятия, как мне было все эти прошедшие годы.
— Можно подумать, мне есть дело! — кричу я. — У меня собственные проблемы.
— Хорошо. Тогда я все сделаю проще. Все кончено, — рычит он, и затем разворачивается. — Я убираюсь отсюда.
Он шагает на улицу, хлопая дверью. Я пытаюсь не обращать внимания на его бушующие вспышки ярости, но иногда он причиняет мне так много боли, что я не могу не ответить. Чувствую, что он начинает ненавидеть меня… и не знаю, что я сделала, чтобы заслужить такое.
По крайней мере, от него. Хотя сейчас не стоит останавливать его. Нам обоим нужно время, чтобы остыть.
Но затем, спустя десять минут, дверь снова скрипит, и мне интересно, почему.
— Артур? — зову я.
Ответа не последовало.
Хмурясь, иду к двери и замечаю, что она осталась открыта. На полу снаружи красные капли. Я наклоняюсь вперед, чтобы осмотреть периметр, и вот тогда я замечаю лужу крови на крыльце.
Мои глаза распахиваются, и я кричу.
Спотыкаясь, иду назад в дом, и захлопываю дверь дрожащими руками.
Эта кровь… она принадлежит Артуру? Что происходит? Здесь… он?
Дерьмо, я знала это.
Я сию же минуту тянусь к стойке с зонтами и вытаскиваю винтовку, спрятанную между ними. Мне стоило лучше подготовиться к этому дню, но я не думала, что он настанет так быстро. Я запираю дверь и заряжаю винтовку, быстро поворачиваясь, к удивлению моего нападавшего.
— Покажись, ублюдок, — кричу я. — Я знаю, что это ты.
— Привет, Ванесса… — от его голоса холод достигает самих костей.
— Сколько лет, сколько зим.
— Убирайся нахер из моего дома! — кричу я, крутясь на месте.
Голос звучит отовсюду, и я не знаю, где он. Если я двинусь, то, боюсь, он поймает меня.
Все, что я слышу — его порочный, неконтролируемый смех.
— Скучала по мне? Не нужно злиться, я теперь здесь.
— Чего ты хочешь? — кричу я.
— О… ты точно знаешь, чего я хочу, — хмурая строгость в его голосе заставляет меня дрожать. — Я говорил тебе, что приду за тобой.
