— Неужели ты намерен провести остаток своих дней в ожидании, пока копы не приедут и не схватят тебя? Честно говоря, я думала, что ты собираешься причинить мне боль или даже убить, но нет, ты держишь меня в клетке, как кого-то вроде…
— Зверушки. Вот именно, — я наклоняюсь ближе. — Это именно то, кто ты для меня. Радуйся. Это значит, что ты весьма достойна, чтобы оставаться в живых."
"— Они надолго упрячут тебя, как только меня найдут, — бросает она.
— Кто? Копы? Сомневаюсь. Они не найдут никого из нас до самой смерти, — говорю я и действительно имею это в виду.
Не думаю, что сдамся им живым. Мне не нравится мысль о смерти, но я точно не проведу вечность в тюрьме. Я предпочту уйти, громко хлопнув дверью.
И удостоверюсь, что заберу ее с собой.
— Если Артур все еще жив, он заставит их приехать сюда.
— Ха, сомневаюсь в этом. Ублюдок, вероятно, уже истек кровью, — размышляю я.
— Ты этого не знаешь точно, — говорит она, посматривая на меня из-под опущенных ресниц. — Может быть, он до сих пор жив. Может, приходит в себя.
Возможно, готовится прийти за мной. И когда он это сделает... прощайся с головой.
— Нет, со своей попрощайся, сладкие щечки. На случай, если ты не помнишь, он хотел твоей смерти.
— И твоей захочет, — продолжает она, — после того, что ты с ним сделал.
Вздыхая, встаю с дивана и беру клейкую ленту. Когда иду к ней, Ванесса начинает протестовать.
— Стоп, Феникс. Перестань.
Она слишком действует мне на нервы.
— Что-то ты разболталась, — говорю я, вынимая из кармана ее трусики. Вдыхаю их запах, он все еще пьянит, как и всегда, а затем засовываю их в рот Ванессе и заклеиваю лентой.
— Вот, — улыбаюсь я. — Намного лучше.
***
Ванесса
Ненавижу его.
Как же я его ненавижу.
И все же, когда Феникс смотрит на меня с такой счастливой улыбкой на лице, я не могу не задуматься о том, что с нами случилось. Я — пленница, застрявшая в этой тюрьме и подчиняющаяся всем его прихотям, а он — монстр, который по щелчку пальцев меняет свои планы и желания. Каждый день я думаю о том, когда он убьет меня.
Выполнит ли то, что обещал.
Я знаю, что он делал это раньше. И может сделать снова.
Совсем как я.
Не помню, когда мы стали такими. Просто так получилось. За прошедшие годы наши решения превратили нас в тех, кем мы являемся сейчас. Но почему мы позволили этому случиться? Разве мы не видели последствий? Или нас слишком ослепляет ненависть?
Я отталкиваю мысли, но они продолжают возвращаться. Я не могу позволить себе думать о том, если бы и могло ли бы.
