Затем добавила: «Ну, теперь понимаешь? Все без толку. В сложившейся ситуации личность человека, наславшего проклятие Сотни Дыр и Тысячи Язв, уже не имеет значения. Важно то, что более трех сотен людей на тропе Цюнци и… Цзинь Цзы Сюань действительно были убиты А-Нином».
Вэй У Сянь забормотал: «Но… но…»
Но — что? Он и сам не знал, что сказать после этого «но». Он не мог придумать никакого аргумента, построить хоть какой-то довод.
Вэй У Сянь заговорил: «Но даже в таком случае, пойти должен именно я. Это я заставил его убивать людей.
Почему вина должна лечь на нож, а не на убийцу?»
Вэнь Цин склонила голову: «Разве так не лучше?»
Вэй У Сянь воскликнул: «Да чем лучше?!»
Голос Вэнь Цин звучал спокойно. «Вэй Ин, мы оба все понимаем. Вэнь Нин — нож. Нож, который их пугает, но еще и нож, который они используют как повод напасть на тебя. Если мы уйдем, без ножа у них больше не будет повода. Возможно, все это наконец кончится».
Вэй У Сянь ошарашенно таращился на нее. А потом вдруг издал невнятный рев, полный гнева.
Он наконец понял, почему Цзян Чэн всегда чрезвычайно негативно относился к его поступкам, почему всегда говорил, что Вэй У Сянь играет в героя, почему всегда с трудом сдерживался, чтобы не поколотить его. Потому что смотреть, как другие люди несмотря ни на что взваливают ответственность на свои плечи, настаивают на том, чтобы взять на себя все негативные последствия, и при этом быть не в силах их остановить — невообразимо отвратительное чувство!
Вэй У Сянь спросил: «Вы двое вообще понимаете, что делаете? Если вы придете с повинной в Башню Кои… что будет с вами, особенно с Вэнь Нином? Разве ты не больше всего на свете любишь своего брата?»
Вэнь Цин ответила: «Что бы с ним ни случилось, он этого заслуживает».
Нет. Вэнь Нин вовсе этого не заслужил. Все это заслужил Вэй У Сянь.
Вэнь Цин добавила: «Так или иначе, мы уже давно должны были умереть. И все это время всего лишь взято нами взаймы».
Вэнь Нин кивнул.
Он всегда был таким: кивал на любые слова других людей, соглашался и совсем не возражал.
Вэй У Сянь еще никогда так сильно не ненавидел его кивки и послушание.
Вэнь Цин присела рядом с кроватью. Глядя на Вэй У Сяня, она вдруг протянула руку и щелкнула его пальцем по лбу.
Она вложила в этот щелчок силу. Вэй У Сянь нахмурился от боли. Вэнь Цин явно повеселела. «Я сказала все, что должна была, все объяснила. А теперь, прощай».
Вэй У Сянь выдохнул: «Нет…»
Вэнь Цин перебила его.
