— Почему ты помогаешь мне? — спросила я, сразу же возненавидев уязвимость в своем голосе.
Вульф сделал паузу, и я не была уверена, что он вообще ответит.
Но потом он сказал с мягкостью, которой я никогда раньше от него не слышала: — Ты заставляешь меня вспомнить.
Я проснулась от звука рычания Вульфа. Буквально рычания, первобытного, опасного и пробирающего до костей. Я зашевелилась в постели и устало провела рукой по лицу.
— Убирайся отсюда, мать твою, — рявкнул Вульф.
Моргнув, я открыла глаза и обнаружила, что дверь приоткрыта, а Вульф загораживает мне обзор своими вытянутыми руками.
Его громоздкая фигура занимала весь дверной проем.
— Пожалуйста, — голос Лэнсона наполнил комнату, умоляющий и болезненный. Черт. — Мне нужно поговорить с ней.
— Этого не случится, — отрезал Вульф. Я никогда не слышала, чтобы его голос звучал так убийственно.
— Не думаю, что ты тот, кто может это решать, — ответил Лэнсон."
"Наступило долгое молчание. Я представила себе, как Вульф, скорее всего, смотрит на Лэнсона, который на целый фут ниже его, и как Лэнсон, вероятно, смотрит в ответ, испуганный и беспомощный.
Должна признать, что от этого видения мне стало немного легче, даже если это было только в моей голове.
Но реальность была такова, что в конце концов мне придется встретиться с ним лицом к лицу.
— Впусти его, — прошептала я, приподнимаясь на локтях.
Вульф обернулся, с открытым ртом глядя на меня. Затем его брови сжались, глаза потемнели. — Ты уверена?
— Уверена.
Мне не нужно было быть экспертом в чтении Вульфа, чтобы понять, что ему это не нравится, но я напомнила себе, что это неважно.
Это не имело к нему никакого отношения.
— Отлично, — сказал Вульф, отходя в сторону и позволяя Лэнсону войти в комнату.
Он выглядел взъерошенным, явно не выспавшимся. — Хантир, — сказал он, сделав два шага, чтобы встать у моей кровати. На секунду его руки повисли, словно он хотел протянуть их, но не сделал этого. — Мне так жаль, Хантир. Я не знаю, что сказать.
— Для начала объясни, что же с тобой, черт возьми, не так, — сказал Вульф с порога.
Его руки были скрещены на груди, ноги раздвинуты.
Он представлял собой прекрасное зрелище.
— Вульф, — предупредила я, хотя он был прав.
— Я не знаю, что случилось, — объяснил Лэнсон, не обращая внимания на Вульфа. — Я запаниковал. Мне не следовало покидать тебя, все произошло так быстро.
— Ты оставил меня там истекать кровью, — заявила я.
— Я знаю, — пробормотал он. — Знаю, знаю.
