“Ты можешь ненавидеть меня за то, что я делаю это в твой день рождения и Рождество, но...” Я подхожу к ней и опускаюсь на одно колено, беря ее за руку. “Рен, я чертовски сильно тебя люблю. Ты выйдешь за меня замуж?”
Я лезу в карман и достаю кольцо, которое выбрал специально для нее."
"Солитер с одним бриллиантом круглой огранки. Простое. Три карата. Достаточно большие, но не слишком большие, как кольца, которые носили все другие невесты Ланкастер, которые когда-либо существовали.
И оно свисает с палочки вишневого леденца.
“О Боже мой”. Она разражается смехом, ее щеки розовеют, и я улыбаюсь. “Это правда, Крю?”
""Ответь мне, Птичка."" Я протягиваю ей леденец — и кольцо.
“Да”, шепчет Рен, ее взгляд встречается с моим, когда она кивает снова и снова. “Да, да!”
Я снимаю кольцо с подставки и надеваю ей на палец, и она раскрывает их, бриллиант подмигивает ей и почти ослепляет меня.
Поднимаясь на ноги, я притягиваю ее в свои объятия, целуя до бесчувствия. Кто-то начинает хлопать, и вскоре весь зал наполняется аплодисментами.
Даже мой отец хлопает и улыбается, и это настоящее достижение.
“Боже мой, я люблю тебя”, - говорит Рен только для меня, целуя меня еще раз.
“Что, черт возьми, здесь делает леденец?” - спрашивает Финн, его взгляд опускается туда, где я все еще сжимаю его в руке.
“Личная шутка”, - говорю я ему.
Рен легонько шлепает меня по груди, улыбаясь.
Ее мать подходит к нам, притягивая меня к себе, чтобы она могла быстро поцеловать меня в щеку. “Я так горжусь тем, что ты мой будущий зять”.
”Спасибо"". Мы с Сесили всегда ладили. Мы оба хотим только самого лучшего для самого важного человека в нашем мире. Рен.
“Ты готов сделать ей второй подарок?” - спрашивает Сесили.
Рен ахает, ее широко раскрытые глаза смотрят на меня. “Есть еще один подарок? Крю, если ты будешь продолжать в том же духе, то в конечном итоге никогда не сможете превзойти самого себя”. Я просто смеюсь. “Я не беспокоюсь об этом. И да, Сесили. Я пойду возьму его.”
Я захожу в маленькую гостиную, которая соединена со столовой, и беру холст, прежде чем принести его в столовую, чтобы Рен могла его увидеть.
В тот момент, когда она замечает его, она прикрывает рот рукой, ее глаза расширяются от шока.
Ее взгляд переходит на мать, а затем на меня. “Где ты это нашел?”
“Сотбис”, - отвечает за меня Сесили. “Был еще один аукцион. Тот, который был омрачен нашим.”
В глазах матери Рен печаль, и я понимаю почему. Потерять свой брак, свое искусство, все это далось ей нелегко. Но она сильная.
