Даже если бы я видела их впервые, я бы увидела эту власть, окружающую их, в том, как они держат головы, как их взгляды сканируют комнату и игнорируют все, что видят, пока не останавливаются на мне ― все три пары голодных глаз.
Все три ― мои.
Я счастливая сука.
Райдер в костюме и выглядит безупречно, как всегда ― холодные глаза, слишком идеальное лицо и тело, неприкасаемый. Кроме меня, я могу трогать его сколько захочу. Звучит грязно… но, наверное, это правда. Его губы кривятся в знакомой высокомерной ухмылке, он движется сквозь толпу, как змея, весь гладкий, свернутый напряжением и сильный.
Я вижу проблеск пистолета у его бедра, и это заставляет меня облизнуть губы, когда мои глаза уже сканируют Дизеля рядом с ним.
На нем кожаная куртка и ничего под ней, демонстрирующая его крепкую грудь и прекрасно обрамляющая птицу и змею над сердцем. Из его черных джинсов с прорехами спереди торчит нож. Он держит сигарету между губами, его голубые глаза усмехаются, наблюдая за мной. Светлые волосы зачесаны назад, что подчеркивает острые углы его красивого лица.
Я не могу не подмигнуть, глядя на Гарретта. Боже, когда я впервые увидела этого человека… я подумала, что он чертов титан.
Я права. Он огромный. Возвышается над всеми присутствующими. Его тело кричит об опасности, убийстве. Татуировки, покрывающие каждый дюйм его кожи, похожи на замысловатые произведения искусства, а когда на нем все черное и оружие, он выглядит как чертов убийца. Его волосы убраны назад, пирсинг блестит, а суровый взгляд сканирует толпу на предмет угрозы, пока не упирается в меня.
Он улыбается, заставляя остальную часть комнаты исчезнуть.
Да, мне повезло, сука. Все трое ― боги, неприкасаемые Гадюки, и все они мои.
Кензо облизывает мое ухо.
— Готова, дорогая?
Время поиграть.
Выскальзываю из кабинки, пока остальные добираются до меня, и позволяю им пробежаться глазами по платью. Дизель опускается на колени и резко целует мою руку.
— Черт возьми, Птичка, пожалуйста, скажи, что ты позвонила, чтобы мы могли потрахаться.
Смеясь, я наклоняюсь и целую его.
— Позже, детка.
Райдер нежно целует меня, прежде чем кивнуть Кензо. Гарретт кивает, но колеблется, поэтому я проскальзываю мимо Дизеля и прижимаюсь к его груди, позволяя ему принять решение. Он медленно опускает голову, и я нежно целую его.
— Привет, малыш, — бормочет он.
— Привет, здоровяк, — шепчу я, нехотя отстраняясь. Я хватаю свой напиток и бросаю стакан обратно.
— Кто-то крадет у нас. Он связан в подсобке.
