— О, теперь у тебя неприятности, — насмехается он, обходя его по кругу, когда я делаю шаг навстречу мужчине. — Тебе не следовало приходить за моей семьей, тебе следовало бы свернуть с намеченного пути и согласиться на сделку. Ты дурак.
— Я думал, это будет легко, — шепчет он, побежденный, — этому человеку больше не для чего жить. Я забрал все, что он любит.
— Ты думал неправильно. Никогда не загоняй Гадюку в угол, мы от этого всегда бьем сильнее, — говорю я ему, беря отвертку и поднося ее к свету.
— Мне следует сделать из тебя пример. Твои братья, боюсь, все избавились от тебя, но ты все еще у меня.
Он сглатывает и откидывает голову назад, у него уставший взгляд, возраст дает о себе знать.
— Вы никогда не собирались дать нам победить, не так ли?
Я ухмыляюсь.
— Нет, никогда.
Он кивает.
— Ты убьешь наши семьи?
— Может быть.
Я пожимаю плечами. Я не говорю ему, что уже депортировал их и устроил там, где они хотели, с новыми документами и деньгами, чтобы они могли прожить свою жизнь так, как того желают.
Я не убиваю невинных, если в этом нет необходимости. Они не знали, и их кровные узы разорваны. Я чувствую себя вознагражденным, и угроза исчезла, так что они в безопасности от нас. Если только они не нападут на нас снова. Их предупредили, чтобы они никогда не произносили наших имен и не ступали ногой в эту страну.
У меня такое чувство, что мы больше никогда их не увидим и не услышим о них.
— Приступим, не так ли? — спрашиваю я, и он кивает, его дух сломлен, его честь попрана.
Он потерпел неудачу ― Триада проиграла, а мы победили. Теперь пришло время показать всем, что бывает с предателями, чтобы они дважды подумали, прежде чем идти против нас.
Никто больше не причинит вреда моей семье, я позабочусь об этом. Пролейте кровь сейчас, чтобы сберечь ее потом. Особенно теперь, когда Роксана здесь, мои защитные инстинкты работают на полную, как никогда. Защищать ее будет сложнее, потому что она непредсказуема и дика, но когда я увидел ее сегодня вечером… когда она действительно стала одной из нас, это было великолепно.
Поэзия в движении.
Сегодня она была не просто Гадюкой, она была Вайпер.
Она была нашей.
А мы защищаем то, что принадлежит нам. Всегда."
"Я начинаю с его ног, продвигаясь вверх по телу. Дизель должен быть на подхвате. Мы ломаем ему лодыжки, пальцы ног, коленные чашечки, ребра, пальцы и нос. Затем сдираем с него кожу живьем, что сложнее, чем кажется.
