С того момента, как я встретил Рокси и она дала мне по яйцам, я хотел ее. Мой собственный маленький боец.
— Райдер прав, ты ― гребаное сучье отродье, — рычу я, нависая над ней, упираясь руками по обе стороны ее головы. — Неистовое, грязное маленькое отродье.
— Тебе это нравится, — ухмыляется она. — Как и ему. Он заставлял меня кричать, даже когда называл меня так, — дразнит Рокси.
Схватив ее за горло, я щурюсь. Рокси не сопротивляется, просто ухмыляется мне, ее ноги обвиваются вокруг моей талии, чтобы попытаться притянуть меня ближе.
— Ты моя.
— Одержимый, — пробормотала она. — Засунь свой член туда, где твой рот… а еще лучше… засунь свои губы туда же.
— Такая охуенно жаждущая, — бормочу я, снова сжимая горло Рокси, заставляя ее стонать.
— Хватит болтать, трахни меня уже, Вайпер, — рычит она, дергаясь в цепях, чтобы попытаться сократить расстояние между нами.
Сев на пятки, я сбрасываю боксеры, в которых спал, и ее глаза пробегают по моему покрытому шрамами и татуировками телу. Рокси жалобно стонет, наклоняя бедра.
Она хочет меня. Со шрамами и всем остальным.
Это разрушает последние колебания. Рокси не такая уж хорошая актриса, у нее нет времени на чушь и ложь. Она хочет меня.
Раздвигая бедра Рокси, я тяну ее задницу вниз, вытягивая ее руки над собой, пока она давит ногами на мои разрушенные грудные мышцы, колени Рокси сгибаются. Я злобно хватаю ее за бедра одной рукой, а другой обхватываю член.
— Сильно и быстро, детка, ты будешь кричать мое имя.
— Хочешь поспорить? — смеется она.
Сузив глаза, я направляю свой член к ее входу. У меня большой, возможно, больше, чем у остальных, поэтому, несмотря на то, что Рокси вся мокрая, я вхожу медленно, не желая причинить ей боль. Я проскальзываю на дюйм, затем отступаю и вхожу еще немного, но Рокс надоедает ждать, и она с решительной ухмылкой насаживается на мой член.
Она шумно вскрикивает, а я издаю стон, закрыв глаза.
Черт, черт, черт.
Рокси слишком хороша, слишком тугая, слишком мокрая. Я не продержусь, прошло слишком много времени.
Даже сейчас мой позвоночник почти прогибается от ощущений. Когда ее крики стихают до хныканья, я открываю глаза и вдавливаю руку в матрас, медленно выходя из нее, а затем снова вонзаясь.
Рокси задыхается и прижимается, чтобы принять больше меня, и мы быстро находим ритм. Сначала он медленный, но потом становится быстрым и жестким. Мы оба не в состоянии контролировать себя, пока я просто не врезаюсь в нее, растягивая киску вокруг моего члена.
