Форкс должен быть в нескольких часах езды, — я немного пожалела, что упомянула Сумерки, но я должна была признать, что кроме нескольких мест, которые я посетила, мои знания по географии Америки основывались на книгах и фильмах.
— Тот самый, — сказал он, его плечи расслабились. Всего на дюйм. Что на языке Аарона означало зеленый свет для новых вопросов.
— Итак, то, на что мы собираемся сегодня вечером, имеет отношение к твоим футбольным дням?
Аарон кивнул.
— Меня все еще приглашают на некоторые мероприятия.
Потому что я играл, но в основном из-за участия моей семьи в NCAA, — объяснил он, ведя нас по одному из широких проспектов Манхэттена. — Раз в год здесь, в Нью-Йорке, проводится благотворительный вечер для ассоциации защиты животных, и в нем принимают участие несколько человек.
— Ты что известная личность?
Позже мне придется поискать в Google, что такое NCAA, но у меня было чувство, что он чего-то недоговаривает.
— Боже мой, Аарон Блэкфорд, ты хочешь сказать, что происходишь из древнего рода футбольных королевских особ?
Брови Аарона нахмурились.
— Каталина.
Чисто в стиле Аарона, это был весь ответ, который я получила.
— Твоя семья будет там сегодня вечером?
— Нет, — сказал он, его профиль напрягся на мгновение и подтвердил мои подозрения.
Я догадывалась, что мне также придется и это Погуглить .
— Сегодняшнее мероприятие предназначено для сбора средств, которые в конечном итоге пойдут на приют, реабилитацию и поиск домов для спасенных животных в Нью-Йорке.
Я посещаю его, по мере возможности. Приятно видеть нескольких людей, которых я знал большую часть своей жизни, и это ради дела, которое мне небезразлично.
Я сразу же забыла о том, что он не рассказывал мне о своей семье. Аарон заботился о благополучии животных? О том, чтобы спасти их и найти им новые дома?
Как по сигналу, что-то неопределенное и теплое защекотало у меня в груди. И это чувство стало только хуже, когда я поймала себя на том, что представляю Аарона, держащего в своих громоздких руках кучу милых щенков, о которых он заботился и на которых собирал деньги.
Когда он стоял на коленях на поле. В своей футбольной форме. Узкие брюки. Плечи, которые тянулись на многие мили. Грязь размазалась по его щекам.
Это тепло стало немного гуще, и его стало труднее игнорировать.
— Это… здорово, — сказала я, пытаясь выбросить эти образы из головы. — Очень мило с твоей стороны.
Аарон перевел взгляд на меня, и одна из его бровей поползла вверх.
