— И, — продолжила она, — как ты очень хорошо подметила, Аарон не знал тебя.
Именно. Он не потрудился сделать это до того, как решил навесить на меня ярлык помехи и наговорить дерьма обо мне нашему боссу.
Я скрестила руки на груди. — К чему ты клонишь, Розалин?
— Я хочу сказать, что, конечно, он судил о тебе зная всего пару дней, — она похлопала меня по спине. — Но ты можешь вести себя немного… неформально. Иногда спокойно. Иногда спонтанно. Иногда шумно.
Мой насмешливый смех был слышен до самой Испании.
— Прошу прощения? — Я громко ахнула. Проклятье.
— Я люблю тебя, милая, — тепло улыбнулась моя подруга. — Но это правда."
"Я открыла рот, но она не дала мне возможности заговорить.
— Ты одна из самых трудолюбивых работников здесь, и ты великолепно справляешься со своей работой, в тоже время тебе удается создавать легкую и веселую рабочую атмосферу. Вот почему ты лидер команды.
— Хорошо, это направление мне нравится гораздо больше, — пробормотал я. — Продолжай.
— Но у Аарона не было возможности узнать это.
Мои глаза расширились.
— Ты его защищаешь? Должна ли я напомнить тебе, что мы — как друзья — должны ненавидеть недругов и заклятых врагов друг друга? Тебе нужно, чтобы я распечатала для тебя копию кодекса лучшего друга?
— Лина, — ее голова повернулась, выглядя расстроенной, — побудь серьезной хотя бы на минуту.
Я тут же протрезвела, обмякнув в кресле. — Хорошо, хорошо. Извини. Продолжай.
— Я просто думаю, что тебе было больно — это понятно — и это беспокоило тебя достаточно долго, чтобы просто списать его со счетов.
Да, я также была возмущена и обижена. Что я презирала, так это людей, которые выносили суждения, основанные на поверхностных впечатлениях. И это было именно то, что сделал Аарон. Особенно после того, как я сделала все возможное и попыталась приветствовать его в отделе с самыми лучшими и теплыми намерениями. Я не могла поверить, что появилась в его кабинете с дурацким приветственным подарком — кружкой с забавной цитатой о том, как быть инженером.
По сей день я не знала, что на меня нашло. Я не делала этого ни для кого другого. И что сделал Аарон? Он только посмотрел на это с отвращением и уставился на меня, как будто у меня выросла вторая голова, когда я шутила, как тотальная тупица.
Поэтому, подслушать, как он говорит такие вещи обо мне не более чем через два дня после этого … это просто заставило меня почувствовать себя ничтожной и еще более жалкой.
