— Игнорировать это, пока мой самолет не коснется испанской земли, и мне не придется объяснять, почему мой парень не со мной?
— Милая, ты уверена, что этого хочешь?
— Нет, — я покачала головой. — Да.
Поднеся обе руки к вискам, я попыталась помассировать, чтобы избавиться от начинающейся головной боли. — Я не знаю.
Рози, казалось, долго обдумывала это. — Что, если ты действительно рассмотришь его для этого?
Мои руки опустились с висков на деревянную поверхность, а желудок опустился к ногам.
— Рассмотреть кого?
Я точно знала, кто это.
Я просто не могла поверить, что она вообще это предложила.
Она ублажила меня, ответив: — Аарон.
— О, любимый сын Люцифера? Я не понимаю, как я могу рассматривать его в чем-либо."
"Наблюдая за тем, как Рози сцепила руки на столе, словно готовясь к деловым переговорам, я прищурилась, глядя на нее.
— Я не думаю, что Аарон такой уж плохой, — у нее хватило наглости это сказать.
Все, что я ей дала - это очень драматический вздох. Моя подруга закатила глаза, не купившись на мою чушь.
— Хорошо, значит, он … немного скучный, и воспринимает все слишком серьезно, — отметила она, как будто использование слова «немного» могло бы сделать его лучше. — Но у него есть свои хорошие черты характера.
— Хорошие черты характера? — я фыркнула. — Например, что? Его интерьер из нержавеющей стали?
Шутка не удалась. Фу, значит это было серьезное дело.
— Разве на самом деле было бы плохо поговорить с ним о его предложении? Ведь, между прочим, он сам себя предложил.
Да, так и было.
И я все еще не понимала, зачем он это сделал.
— Ты знаешь, что я о нем думаю, Рози, — сказала я ей с серьезным выражением лица. — Ты знаешь, что произошло. Что он сказал.
Моя подруга вздохнула. — Это было очень давно, Лина.
— Да давно, — призналась я, отводя взгляд. — Но это не значит, что я забыла. Это не значит, что только потому, что это произошло несколько месяцев назад, теперь это каким-то образом списано со счетов.
— Это случилось больше года назад.
— Двадцать месяцев, — поправила я ее слишком быстро, чтобы скрыть, что каким-то образом вела счет.
— Это ближе к двум годам, — пробормотала я, глядя на скомканный лист бумаги, в который был завернут мой обед.
— Вот и я о том же, Лина, — мягко заметила Рози. — Я видела, как ты давала второй, третий и даже четвертый шанс людям, которые напортачили гораздо больше. Некоторые даже неоднократно.
Она была права, но я была дочерью своей матери и поэтому упрямилась, как мул.
— Это не одно и то же.
