Я нахмурилась, глядя на свой телефон, собираясь с духом.
Рози: Я ТАК И ЗНАЛА.
Сдавленный звук поднялся к моему горлу. Это все, что она печатала?
Рози: ИТАК? Выкладывай. Напиши это, чтобы я могла сказать тебе, что я это предвидела.
Я усмехнулась себе под нос. Неужели я была настолько слепа?
Лина: …
Рози: СКАЖИ ЭТО. СКАЖИ ЭТО ВСЛУХ. Скажи. Это.
Лина: Остынь, Эдвард Каллен.
Рози: Каталина, если ты не начнешь говорить, я разозлюсь. И я никогда этого не делаю. Ты все еще не знаешь, как выглядит разъяренная Рози.
Лина: У Аарона. Я в квартире Аарона.
Рози: Конечно, ты у него. Я хочу знать остальное.
Лина: Остальное?
Рози: Сокращенная версия — на данный момент.
Лина: Мы вроде как поцеловались. Вроде как спали вместе.
Рози: ВРОДЕ ТОГО? ТИПА ТОГО? Что это вообще значит?
Лина: *эмодзи с закатыванием глаз* Мы сделали это. Целовались. Занимались сексом.
Рози: И?
И многое, многое другое, — я собиралась напечатать. Но мои большие пальцы замерли над экраном. Тьфу. Затем они начали работать с головокружительной скоростью.
Лина: …и я в полном беспорядке. Мне страшно и кружится голова. Глупо счастлива тоже. И он так добр ко мне. Так хорошо, что это похоже на сон, от которого я собираюсь проснуться с холодным потом, прилипшим к моей коже. И ты знаешь, как сильно я ненавижу, когда это происходит. Помнишь, мне приснилось, что я вела себя непристойно с Джо Манганьелло, и пожарная сигнализация в моем здании сработала как раз в тот момент, когда он расстегивал пряжку ремня, и я была раздражена целый месяц?
Лина: Это кажется на миллион миров лучше, чем тот сон.
Галактически лучше.
Так оно и было, и я говорила не только о том, как мое тело, казалось, оживало под его прикосновениями. Черт возьми, это была самая маленькая часть всего этого.
Лина: Я не хочу просыпаться, Рози.
Рози: О, милая.
Я почти чувствовала объятия, которые последовали бы за этим.
Лина: В любом случае, я расскажу тебе все об этом завтра.
В любом случае, это был не тот разговор, который мы должны были вести по телефону.
Рози: Тебе лучше это сделать. Иначе я надеру тебе задницу.
В дверь постучали.
— Детка? — произнес глубокий голос с другой стороны. Это слово попало прямо в центр моей груди. — Я собираюсь начать думать, что ты прячешься от меня.
Боже, я так сильно облажалась.
Аарон продолжил: — Выходи, и пойдем что-нибудь поедим. Ты выбираешь.
Мой измученный сменой часовых поясов желудок заурчал при этой мысли.
— Даже рыбные тако?
— Особенно рыбные тако.
Проклятье.
