Хотя часть меня должна была признать, что Аврора чувствовала себя моей избранницей. Черт.
Джулио вскочил со своего рабочего кресла.
— Я оставлю вас наедине.
Папа схватил его за плечо и толкнул обратно.
— Оставайся на месте. Еще одно отстранение, и у нас не останется другого выбора, кроме как обучать тебя на дому, и поверь мне, когда я говорю, что никто в этом доме этого не хочет.
Джулио надулся, но больше не протестовал. Мама и папа вышли за мной из его комнаты и закрыли дверь.
Как только мы оказались в коридоре, я сказал:
— Я встречаюсь с Авророй и хочу, чтобы все знали.
— Это замечательно, — воскликнула мама, обнимая меня так, словно я получил Нобелевскую премию. Рори стоила намного больше, чем шведский трофей.
Папа хлопнул меня по плечу с суровым выражением лица.
— Не облажайся. Найти хорошую женщину — все равно что выиграть в лотерею, особенно для таких мужчин, как мы.
— Я знаю, папа, не волнуйся. Именно поэтому я хочу показать Авроре, что вложился на 100 процентов. Мы решили съехаться.
— Куда? — спросила мама.
Вероятно, она боялась потерять внука и сына одновременно.
— Та часть дома, где живет Адамо, пуста. Там достаточно места для Авроры, Баттисты и меня.
— И еще больше детей в будущем, — добавила мама.
— Давай попробуем держать Джулио в узде, прежде чем спланируем еще одно потомство с моей кровью.
— Это не тебе решать, папа. — Я усмехнулся. — Так можно нам занять старые комнаты Адамо?
— Конечно! — Мама улыбнулась.
— Отлично.
Папа вздохнул.
— Я правлю Западом, но, очевидно, моя власть не распространяется на мой собственный дом.
Мама с улыбкой коснулась папиной руки.
Мой телефон запищал сообщением от Авроры. Я сразу же нажал на него и вздохнул с облегчением, когда прочитал, что ее родители были не против нас.
* * *
— Я не могу поверить, что ты обращаешься к нам по вопросам быта, — сказал Алессио, когда мы покрасили одну из комнат в светло-голубой и кремовый цвета. Она стала детской Баттисты. Карлотта хорошо рисовала, она помогла Нино нарисовать воздушные шары, облака и животных на одной из стен в качестве украшения.
Половину времени Массимо крутился рядом с ними, вместо того, чтобы помогать нам.
— Я отец, и я хочу быть с Авророй, так что это логичный выбор. — Массимо посмотрел в мою сторону, услышав одну из своих любимых фраз. Он склонил голову в знак согласия.
— Я не могу представить себя отцом прямо сейчас.
— Это не входило в мои планы, но я хочу, чтобы у Баттисты был отец, на которого он мог бы равняться.
