Кровь потекла даже по его члену. Она собралась в складках шести кубиков его пресса.
Невио зашел в душ и включил его. Вскоре вода смыла первые слои крови. Я попятилась, но не ушла. Я закрыла дверь на случай, если Карлотта проснется. Если бы Баттиста начал кричать, я бы его услышала. Я была рада, что он слишком маленький, чтобы самостоятельно вставать и бродить по квартире. Ему не нужно было видеть кровь, даже если бы он, вероятно, подумал, что это краска. Невио вымыл голову, но его взгляд был прикован ко мне, когда я прислонилась к двери.
Пар медленно заполнял комнату, создавая видимый барьер в дополнение к тому, который я чувствовала между нами сегодня вечером. С той ночи между нами всегда было притяжение, но независимо от того, как сильно я сопротивлялась, притяжение всегда было сильнее. Сегодня все было по-другому. Мне казалось, что мы были в точке невозврата, которая разлучит нас еще сильнее, чем когда-либо прежде, и я не думала, что толчок будет исходить от меня.
Может быть, так и должно было быть, может быть, вид Невио, покрытого кровью своих жертв, должен был стать последней каплей — и, возможно, через день или два так и будет, когда до меня дойдет, — но прямо сейчас меня тянуло к нему.
Меня привлекал человек, которого многие люди назвали бы монстром, и я боялась, что отчасти его привлекательность заключалась в его чудовищной стороне."
"Менее чем через десять минут после принятия душа от кровавой бойни не осталось и следа. Невио вымылся и выключил воду, затем вышел из душа совершенно голым.
Капельки воды стекали по его мышцам, задерживаясь на них и на шрамах, покрывавших грудь и живот. Одна своенравная капля спустилась ниже и запуталась в его подстриженных волосах на лобке.
Невио не потрудился вытереться. Он направился прямо ко мне. Его волосы падали на лицо, отчего казалось, что он плачет, но я никогда не видела, чтобы Невио пролил слезу, и сомневаюсь, что кто-нибудь другой тоже. Я не была уверена, способен ли он на это. Невио остановился прямо передо мной.
— Ты — чистый свет, — прорычал он.
Я ничего не сказала.
Слезы наполнили мои глаза. Невио провел большими пальцами по моим щекам, ловя капли.
— Я не знаю, почему я плачу, — прошептала я.
Его губы растянулись в горькой улыбке.
— Думаю, знаешь, Рори.
Я прикусила нижнюю губу, слезы теперь лились сильнее.
Тьма Невио была непроницаемой.
Я всегда знала, что Невио несет в себе много тьмы. Невозможно знать Невио и не догадываться.
