Боже, неужели я действительно согласилась на эту чушь? Я должно быть была не в своем уме. И оставлять Невио у себя ночевать было определенно очень плохой идеей. Мальчик вздрогнул рядом со мной, и я сосредоточилась на нем. Его благополучие сейчас было главным приоритетом. Все остальное могло подождать.
— Мы должны немедленно отвезти его к врачу.
Невио открыл заднюю дверцу своей машины. Я взглянула на пикап Динары, на котором приехала сюда.
— Я скажу Массимо или Алессио, чтобы они забрали его.
Кивнув, я села на заднее сиденье с мальчиком на коленях, пока Невио гуглил педиатров.
Мальчик молчал и все еще прижимался к моей груди, дыша очень тихо.
— Он спит? — спросила я, когда Невио скользнул за руль. Он оглянулся через плечо.
— Нет, он просто смотрит прямо перед собой. Но похоже, что скоро заснет.
— Веди машину осторожно. Он не в детском кресле.
Невио вел машину более осторожно, чем обычно, но сердце бешено колотилось в груди, когда мы наконец остановились перед педиатрической клиникой. Поездка оказалась дольше, чем хотелось — больше часа.
Прошло уже две минуты после закрытия, и я видела, как медсестра закрывает дверь.
— Позволь мне войти первым. Я подам тебе знак, когда можно будет заходить, — сказал Невио и выскользнул из машины, прежде чем я успела возразить. Была только одна причина, по которой он не хотел, чтобы я сразу же зашла к нему внутрь. Он будет угрожать врачу и медсестрам, и, зная Невио, у него это получится.
Пятнадцать минут спустя Невио снова открыл дверь и помахал мне рукой, приглашая войти.
Выйти из машины с ребенком на руках оказалось сложнее, чем я думала. Невио подбежал ко мне и схватил за руку, чтобы поддержать. Оказавшись в безопасности на земле на своих двоих, я вырвалась из его хватки и направилась в клинику. Невио держался поближе ко мне.
Внутри нас ждал врач средних лет с седыми волосами. Позади него стояла явно напуганная пожилая медсестра. Доктор тоже казался встревоженным, но ему лучше удавалось сохранять самообладание, за что я должна была ему поаплодировать, учитывая талант Невио к тактике запугивания.
Маленький мальчик прижался ко мне, когда мы вошли в один из процедурных кабинетов.
— Как его зовут? — спросил доктор."
"Я взглянула на Невио. У нас царил настоящий хаос. Мальчику нужно было имя, предпочтительно его настоящее имя, если оно у него вообще было. Ситуация была ужасной. Возможно, его биологическая мать так и не удосужилась дать ему настоящее имя. У меня загорелись глаза при мысли о такой возможности.
