Я была рада, что они решили оставить своего маленького сына Романа с его дедушкой на время этой поездки. Так он был в безопасности.
Мы с мамой были безоружны. Я знала, что мама практиковалась в стрельбе с папой, но никогда не видела ее с оружием, кроме этих моментов, а мне давали его подержать всего один или два раза. В Лас-Вегасе не было ни одного случая, когда я чувствовала бы себя в опасности. Мне никогда не нравилось ощущение оружия в руке, и, учитывая дрожь в теле, я сомневалась, что в подобной ситуации у меня получилось бы хорошо прицелиться.
Мы спрятались за перевернутым фургоном. Вокруг него тянулся кровавый след, куда отец утащил водителя.
Вдалеке виднелись приближающиеся машины, черные лимузины. Вероятно, это было подкрепление для напавшей на нас Фамильи. Я все еще не могла осознать все происходящее. Эти люди, стрелявшие в нас, были женаты на моих тетях. Мы приехали сюда на свадьбу. Как они могли так поступить?
Мне стало плохо, когда я увидела, как рушится моя семья. Я нечасто виделась с тетями и кузенами из Нью-Йорке, но после потери бабушки, единственной бабушки, которую я когда-либо знала, это была моя единственная дальняя семья.
Теперь они тоже исчезнут из моей жизни, если мы переживем это.
Учитывая количество машин Фамильи, направляющихся в нашу сторону, я не возлагала на нас особых надежд. Мне еще не приходилось думать о смерти. Иногда я беспокоилась за жизнь папы, когда он не возвращался вовремя, и беспокойство мамы подпитывало мое собственное, но я всегда чувствовала себя в безопасности.
Что, если это были последние минуты моей жизни?
— Все будет хорошо, — прошептала мама. — Мы в любом случае будем в безопасности. Они не причиняют вреда женщинам, — едва она это произнесла, взгляд мамы переместился на папу, и на ее лице отразился страх.
Возможно, мы в безопасности, или настолько, насколько женщина может быть в безопасности в нашем мире, но папа и другие мужчины определенно умрут.
В моей голове вспыхнул образ Невио. Он остался дома с остальной частью Нечестивой троицы, как и Савио со своей семьей, и мой брат Давиде.
К нам подъехал фургон и остановился с визгом шин. Раздвигающиеся двери внутренне заставили меня дрожать от страха. Сколько еще солдат Фамильи устроят нам засаду? Но я увидела не незнакомое лицо. Из фургона вышел Невио. Мои глаза расширились от облегчения, а затем от шока, когда я заметила женщину в его захвате. Он прижимал нож к ее горлу. Даже издалека я сразу узнала тетю Джианну. Она выглядела напуганной.
