— Важно, кузина. И я не буду снова задавать этот вопрос.
Она почувствовала, что ее кулаки сжимаются.
— Это несправедливо. Не думаю, что ты, Раф и Кад были чисты на брачном ложе. Никто не ждал, что вы женитесь на первой девушке, которую разделите.
— Сейчас речь не о нас, кузина. А о тебе. Ты отдала свое тело, и я верю, сердце Дэйну и, всё же, ты не можешь оказать простую любезность, чтобы поговорить с ним. Это позор и недостойно женщины, которой, я знаю, ты являешься.
— Думаю, ты не настолько хорошо меня знаешь, как думал.
Это была правда, но ее сердце разрывалось от этой мысли.
Тал устало вздохнул.
— Пожалуйста, Лия. Не заставляй меня увольнять их.
— Так будет лучше.
Боже, она чувствовала, как Дэйн прожигает ее насквозь яростным взглядом, и просто хотела, чтобы это закончилось, чтобы она могла запереться в своих комнатах: кричать, плакать и начать оплакивать их.
Тал обратился к Дэйну.
— Извини, старина. Я не могу пойти против ее воли. Этот скандал изживет себя.
Семья выживет. Пресса поменяет свои взгляды, когда родится еще один малыш.
Застыв на месте, Дэйн холодно спросил.
— Вы говорите о своем ребенке, шейх, или моем?
Алия чувствовала себя так, словно ее ударили в живот. Она повернулась к Дэйну и пошатнулась. Боже, она думала об этом, но это был всего лишь маленький шепот в глубине сознания. Она знала, что могла забеременеть. Сколько прошло недель? Она потеряла счет. Казалось, на острове время текло по-другому, но теперь оно словно начало ускоряться, как карусельная лошадка.
От этого ей стало плохо.
Талиб покраснел от злости.
— Моя кузина беременна?
Алия покачала головой.
— Нет, совсем нет.
Или да?
Дэйн улыбнулся, как человек, который только что с легкостью выложил выигрышную комбинацию, когда все думали, что он проиграет.
— Мы месяц были на острове. И у нее не было менструации.
О Боже. До этого момента она не думала об этом.
— Возможно, вы не заметили, — попытал удачу Тал.
— Я каждый день был внутри нее, шейх. Я бы заметил. Мы не предохранялись. Она беременна от одного из нас, но, уверяю тебя, мы все признаем ребенка. Мы верили, что она любит нас, и у нас чистые намерения. Мы всегда намеревались жениться на ней в полном соответствии с ее культурой. Я понимаю, что вы не должны были оказаться в таком положении, Шейх, но вы должны понимать, что я не собираюсь допускать, чтобы мой ребенок рос без отцов.
