Страшно мне, но потерпеть можно. Тем более, я точно знаю – Дантос никому золотого толстопопика не отдаст. И обидеть не позволит!
Поэтому тревожное любопытство дикарей выдержала с честью и даже, когда один из них, тот самый вождь Маруб, если не ошибаюсь, достал из-за пазухи нечто, напоминающее детскую свистульку, не дрогнула.
А потом он поднёс «свистульку» к губам, и я услышала низкий, невероятно мощный звук. От этого звука мурашки по чешуйкам побежали, а внутри вспыхнуло непреодолимое желание подойти к Марубу. И я с ужасом поняла – это желание принадлежит не мне, а дракону, чью сущность когда-то впитала.
Более того, это инстинкт!
Как сдержалась? Как мне удалось остаться на месте? Нет, не знаю.
Люди, судя по всему, звука не слышали вовсе, так что появление в небе чёрной точки, которая очень быстро приняла очертания крылатого создания и устремилась к нам, стало неожиданностью. А дракон шёл на снижение… вернее, не дракон, драконица.
Да-да, всё то время, что драхи находились в императорском дворце, их драконы парили в небе – я поняла это из разговора, который случился после нервного «Вы должны это видеть!».
А собственные знания подсказывали: в том, что драхи предпочли оставить драконов в небе, ничего удивительного нет. Драконы, как и орлы, умеют ловить воздушные потоки, парить. И для них это отдых, причём куда более приятный, нежели валяние на зелёной травке.
Неба стало мало. Света – тоже. Потом земля качнулась, и маленькая красивая я едва удержалась на лапах. Мужчины тоже дрогнули. Все, кроме драхов, – эти к приземлению драконов привычные.
Она опустилась шагах в сорока, аккурат посередине газона. Огромная и ужасающе прекрасная. Чешуя точь-в-точь как у меня – золото, с чёрным кантиком. И гребень такой же, и глаза, и крылья, и хвостовой шип. Только объёмы совсем другие.
Титулованные особы при виде этого чуда заметно побледнели, где-то вдалеке раздались крики и визги. И если с визгами всё понятно, то крики… в общем, нам всё-таки следовало предупредить стражу.
А я таки не выдержала, попятилась.
Потом плюнула на гордость и спряталась за Дантоса. Только зря, потому что эту золотую махину не просто так в парк позвали…
– Теперь вы видите? – воскликнул «переводчик».
– Что? – нервно сглотнув, вопросил император.
– Они одинаковые!
– И? – хмуро спросил Дантос.
– Совсем одинаковые! – пояснил «переводчик». Ещё более взволнованный, нежели раньше. А когда сообразил, что никто его эмоций не разделяет, принялся пояснять: – Драконы все разные.
