Наши взгляды на мгновение встречаются, затем мы доходим до конца коридора. Когда Карло ступает на танцевальную площадку, вокруг нас раздается стрельба.
— Шевелись! — Кричит Карло, и, когда он уклоняется влево, я следую за ним, подняв руку, чтобы открыть ответный огонь по второму этажу, который, должно быть, является VIP-зоной.
Мигель определенно здесь.
Мы ныряем в коридор, ведущий к уборной, и, пользуясь скудным прикрытием, мы с Карло пытаемся уничтожить врага одного за другим.
Когда Анджело пытается подойти, чтобы помочь, я бормочу:
— Мы справимся.
За колонной прячется один ублюдок с автоматом в руках.
Не зная, где находятся остальные члены моей команды, я кричу:
— Где вы, блять?
— В кабинке диджея, — кричит Ренцо.
Черт, они не смогут точно определить местонахождение этого ублюдка.
Внезапно Карло выныривает из-за нашего укрытия, и мое сердце замирает, когда я вижу, как он скользит по полу, прежде чем прикончить ублюдка выстрелом в голову.
Когда он поднимается на ноги, я с гордостью киваю ему, затем кричу остальным:
— Тащите сюда свои задницы.
Карло догоняет меня, пока я иду к лестнице, и, когда мы уже поднимаемся по ней, бормочу:
— Хорошая работа.
— Спасибо, — выдыхает он, перезаряжая пистолет.
На полпути я оглядываюсь назад, где стоят Анджело и Большой Рики, затем вижу бегущего к нам Дарио, в то время как Ренцо высматривает отставших.
Это чертовски просто.
Как только в поле зрения появляется VIP-зона, мой взгляд останавливается на Мигеле. Он сидит за столом, а его люди расположились вокруг него полукругом.
Во что, черт возьми, он играет?
— Неужели все эти заморочки были так необходимы? — Спрашивает Мигель, не сводя с меня глаз.
— Да, — бормочу я, выдвигая стул и усаживаясь за стол. Глядя на Карло, я киваю в сторону бара.
Переводя взгляд обратно на Мигеля и, посмотрев на этого ублюдка, я вздыхаю.
— Все, что тебе нужно было сделать, — это выслушать, но нет же; ты проявил упрямство и влез на нашу территорию.
— В Нью-Йорке можно заработать много денег, — говорит он.
— Сделка все еще в силе.
Я замечаю бисеринки пота у него на лбу.
Карло ставит стакан с виски на стол, и, взяв его, я делаю глоток.
Поставив стакан, я бормочу:
— Как бы хорошо ни звучала тридцатипроцентная доля, я вынужден отказаться.
Мои глаза сужаются, глядя на ублюдка, и, не в силах больше сдерживаться, моя рука взлетает вверх, и я нажимаю на курок. Я смотрю, как пуля попадает ему прямо между глаз. Его голова откидывается назад, а рот приоткрывается.
