_______________________________
Дамиано
Слова Габриэллы переполняют меня, и, когда мой член погружается глубоко в ее тело, она овладевает мной.
Я смотрю в ее светло-карие глаза, зеленые искорки в которых становятся ярче от выплаканных ею слез.
И. Я. Влюбляюсь.
Чертовски сильно.
Чем дольше я смотрю на Габриэллу, тем больше эмоций переполняет мою грудь, пока мое сердце не начинает биться быстрее, как у лошади, попавшей в лесной пожар.
Собственничество, которое я испытывал раньше, выходит из-под контроля.
И желание защитить становится живой силой.
Я настолько одержим ею, что не могу перестать смотреть, не желая упустить ни единого вздоха с ее губ.
И она выдерживает мой взгляд.
Хриплым голосом я бормочу:
— Моя королева. — Я прижимаюсь к ее губам и шепчу: — La mia regina11.
— Il mio re12.
Я испытываю глубокое удовлетворение, услышав, как она называет меня своим королем.
Я прижимаюсь к ее губам еще одним поцелуем, затем говорю:
— Твоя девственная киска так хорошо приняла меня.
Ее щеки розовеют, и мне нравится видеть, как она краснеет.
Когда я выхожу из нее, краска сходит с ее лица, пока она не бледнеет от боли.
— Ты в порядке? — Спрашиваю я.
Она кивает и садится.
Мой взгляд останавливается на крови, покрывающей ее киску и внутреннюю поверхность бедер.
Обеспокоенный, я спрашиваю:
— У тебя должно быть так много крови?
Я смотрю на себя и вижу, что мой таз и член покрыты ее кровью.
— Прости. Я быстро все уберу, — говорит Габриэлла, поднимаясь с кровати.
Она делает всего два шага, а затем опускается на пол.
За долю секунды я вскакиваю с кровати и заключаю ее в объятия.
Она тихо хихикает.
— У меня затекли ноги.
Когда я вижу всю эту кровь, боль на ее лице и то, что она, черт возьми, даже не в состоянии ходить, меня охватывает глубокое сожаление.
Я был с ней чертовски груб.
Поднявшись на ноги, я несу ее в ванную, а затем сажаю на тумбу.
Я открываю краны в душе, и как только вода становится достаточно теплой, веду ее под душ.
— Обопрись на меня, — приказываю я.
Ее руки обхватывают мои бока, а грудь прижимается к моему животу.
Руками я смываю ее кровь с наших тел, и когда мои пальцы нежно проводят по ее киске, она испускает вздох.
— Почти готово, мой маленький огонек, — бормочу я.
Закончив, я выключаю краны и беру полотенец. Я вытираю ее тело и, обернув вокруг нее полотенец, поднимаю ее, снова усадив на тумбу. Затем вытираюсь сам.
Обернув полотенец вокруг талии, я поднимаю свою женщину на руки.
