Я опускаю голову и почти сворачиваюсь калачиком, в то время как мне кажется, что мой желудок делает кульбиты.
Как только мы оказываемся в воздухе, я отчетливо слышу голос Дамиано в наушниках, когда он приказывает:
— Отпусти.
Я отдергиваю руку и, обхватив себя руками за талию, решаюсь открыть глаза. Передо мной открывается великолепный вид на огни города внизу, и я с трудом сглатываю, надеясь, что меня не вырвет.
Тошнота проходит, и, глядя на здания, над которыми мы пролетаем, я задаюсь вопросом, куда мы летим.
Вскоре вид зданий исчезает, и я замечаю, что пейзаж меняется.
Мои губы приоткрываются, когда мы пролетаем над озером. В лунном свете вода в нем кажется темной и гладкой, а по берегам растут высокие деревья.
Вау.
Мы приближаемся к особняку, из окон которого льется теплый свет, а территория освещена уличными фонарями.
Я ошеломлена прекрасным зрелищем, а затем замечаю вооруженных до зубов охранников, разбросанных по всей территории.
Из моей новой тюрьмы сбежать не удастся.
Мой взгляд останавливается на особняке, который выглядит так же внушительно, как и его владелец.
Трехэтажный дом в пять раз больше дома моих родителей.
Когда вертолет начинает снижаться, я крепче сжимаю себя за талию, чтобы не схватить Дамиано.
Мы приземляемся на вертолетной площадке, и охранники выходят, чтобы открыть двери.
Облегченно вздохнув, я быстро снимаю наушники и кладу их на сиденье, а затем вылезаю из кабины.
На улице холодно, и я дрожу, оглядываясь по сторонам. У меня внутри все сжимается от нервов, и, не зная, чего от меня ждут, я смотрю на Карло.
Он кивает головой в сторону входа.
— Охранники позже принесут твои вещи.
Я киваю и, с трудом сглотнув из-за першения в горле, иду за Дамиано и Карло ко входу в особняк.
Я ожидала увидеть холодный пентхаус где-нибудь в городе, но вместо этого увидела этот прекрасный дом.
Подойдя к двойным французским дверям, Дамиано заходит первым, я следую за ним. Я оглядываюсь по сторонам, рассматривая белые стены, произведения искусства и дорогой декор.
Дамиано, не удостоив меня и взглядом, покидает от нас и уходит в противоположном направлении.
Поднимаясь по парадной лестнице за Карло, я чувствую облегчение, когда тепло в доме начинает согревать меня.
Когда мы поднимаемся на третий этаж, меня ведут по коридору, где он открывает дверь и еще раз наклоняет голову, говоря:
— Пока побудешь здесь.
Я вхожу в комнату, и мои губы приоткрываются, когда я окидываю взглядом всю эту роскошь.
