Можно, конечно, подумать, что дверь не запер я, но я все же не сказочник, как Маша.
Что сначала сломают? Руку? Выбьют зуб? Есть еще нос и глаза. Только бы морду не расквасили, Жене это явно придется не по духу. Захожу в квартиру и тут же попадаю взглядом на, стоящего рядом с валяющейся на полу елкой, Берсеньева.
Ну вот елку-то какого хрена надо было трогать? Мудак. Или это кошка? Нет, он, судя по тому, с каким удовольствием демонстративно давит носком ботинка елочную игрушку. Сука, еще и в обуви прошел. Ну, конечно, это моя самая большая проблема на данный момент.
Точно от Маши заразился чем-то.
– Мишка, Мишка, где твоя улыбка?
– Отбиваться-то можно?
– Ты один, моих ребят трое. У них еще и ствол. Смысл? Все равно разукрасят по моему щелчку. Но до нового года пройдет. Правда, доживешь ты до него или нет – это уже другой вопрос. Но в гробу хоть красивым будешь.
– Ну, тоже неплохо.
– Да?
– Ну если гроб, значит будет место на кладбище.
– А оно тебе нужно? Кто тебя будет навещать? Сестра? Ну это если ее не грохнут.
Растеньице твое? Ну так оно без поливки даже слюни не пустит, не то, что на кладбище прискачет. Ладно, последнее с моей стороны было не очень вежливо. Твоя, Мишань? – поднимает кошку на руки и садится на диван. – Или твоей сестры?
– Машина. На улице подобрала. Хорошая у вас дочь, Григорий Александрович.
– Сам не нарадуюсь. Такое сокровище вырастил. Не стесняйся, Мишенька, в собственном-то доме. Проходи. Нет, не присаживайся. А то бить будет не удобно…
Глава 2
Глава 2
Играть в гляделки с Машиным отцом нет никакого желания.
Впервые совсем не знаю, как себя вести. Говорить с ним не хочется от слова совсем. А вот он, судя по лицу, жаждет общения. Сказать, что все это напрягает – ничего не сказать. Особенно, когда по бокам от тебя появляются две отнюдь не миниатюрные особи.
– Ничего не хочешь мне сказать, Мишка?
– Все, что я хочу на данный момент, Григорий Александрович, это чтобы башка перестала болеть. А говорить – нет, не хочу.
– Не хочешь – заставим.
– Сесть точно нельзя? Я над вами возвышаюсь, вас это не запрягает?
– Такие вещи меня давно не напрягают.
– Как давно вы знаете, что ваша дочь живет у меня?
– Поправочка, Мишенька, жила. С того дня, как моя дочь попалась на глаза своему будущему мужу, – в принципе, это было логично. Камеры в метро Машу и сдали.
– Почему сразу не забрали?
– Потому что это было мне, как ни странно, удобно, выгодно, а самое главное безопасно.
