Я не успела спросить, что он имел в виду, потому что из общей комнаты донеслись повышенные голоса, заставившие мое беспокойство вспыхнуть. Когда мы вошли внутрь, атмосфера была настолько напряженной, что мне стало немного плохо. Папа и мужчина, удивительно похожий на Амо, стояли лицом к лицу и выглядели так, словно в любой момент могли броситься с кулаками. Выражение лица Амо говорило о том, что он готов присоединиться к ним. Только Нино, казалось, сохранял спокойствие. Больше я никого не видела, что было удачей.
Невио и Массимо, вероятно, не улучшили бы ситуацию.
Как только отец заметил меня, он отступил от другого мужчины.
— Нино рассказал мне, что ты сказала.
Я ничего не ответила, не уверенная, что он хотела услышать. Я не слышала, что сказал Нино, но, зная его, он, вероятно, точно повторил мои слова.
— Поговори с Киарой, — сказал папа после того, как долго смотрел на меня. Что все пытались увидеть?
Я бросила на него озадаченный взгляд.
— Зачем? — мне нравилось разговаривать с Киарой.
Ее добрые взгляды были очень близки к тому, как я видела мир, что было очень приятно, но я могла сказать, что у папы была причина для его просьбы.
— Римо, — твердо сказал Нино. — Она не подает никаких признаков. Успокойся."
"Выражение лица Амо исказилось от ярости, как и у его отца. Очевидно, они знали, что происходит, даже когда я не догадывалась. По крайней мере, я была не единственной, кто, похоже, не понимал, что происходит, судя по анализирующему выражению лица Алессио.
— Мы уходим, пока это не закончилось очень неприятным образом, — сказал мужчина, который, должно быть, был Лукой Витиелло.
Его рука была вытянута перед грудью Амо, как будто он боялся, что ему придется его удерживать. Все это было очень запутанно.
Нино держал отца за плечо и что-то бормотал ему на ухо. Папа пригласил меня вперед, и я сразу же подошла к нему, он взял меня за подбородок, его глаза были такими напряженными, что я с трудом отвела взгляд.
— Я в порядке, папа, только замерзла, — сказала я с ободряющей улыбкой.
Он кивнул. Затем он посмотрел поверх моей головы.
— Ты можешь идти.
— Я не спрашивал твоего разрешения, — сказал Лука Витиелло.
От выражения лица отца у меня по спине пробежала дрожь. Я коснулась его груди, и его взгляд нашел меня.
Нино шагнул вперед.
— Мы должны продолжить нашу встречу завтра, когда все успокоимся.
Амо засмеялся, но это был совсем не тот смех, который я слышала в подвале. Он был резким и насмешливым.
